— Ладно, — сказал он, возвращаясь к тетрадям. — Тогда давай посмотрим, что у нас есть. У некоторых ребят проблемы с математикой, другим нужно подтянуть язык. Надо решить, как распределить ресурсы. Старосты классов предоставили список всех проблем. И тут даже горный дух голову обвяжет и убежит.
Гису изогнул бровь, удивившись его поговорке. От Чана подобное можно было не часто услышать. Спустя секунду он усмехнулся и взял в руки список студентов.
— Хорошо. Давай начнём с тех, у кого самые слабые результаты. Им нужно больше внимания. А тех, кто уже на хорошем уровне, просто поддержим.
Чан принялся рассказывать о каждом студенте, о его успехах и проблемах, а Гису слушал, время от времени задавая вопросы. Несмотря на всю серьёзность ситуации, в комнате царила атмосфера спокойствия и сосредоточенности.
Хегай сразу понял, что тут дело не в старостах и их списках. Сам Чан проделал очень большую работу. Видимо, он переживал за выпускников не меньше их самих. Интересно почему…
Джи Джисон едва сдерживал ярость. Он подходил к дому Гису и пыхтел, словно паровоз. До кучи ко всем имеющимся проблемам сегодня при обучении новичков ему попались особо тупые стажеры, от которых он просто был в изумлении. А мысли постоянно крутились в его голове.
«Неужели бывают настолько тупые люди⁈ Или, может, они притворяются? Специально выводят меня?».
Но как назло, стоило ему немного успокоиться и представить, как он скоро придет домой и расслабится перед телевизором за очередной бессмысленной дорамой, как ему неожиданно позвонил отец.
Это и стало последней каплей.
— Вспомнил что ли⁈ — сквозь зубы процедил он и, в этот же момент к нему пришла та навязчивая новость, от которой он на протяжении всех последних дней пытался избавиться.
Хегай. Гребаный Хегай что-то учудил с моим отцом!
Вот тут-то он и решил, что больше оттягивать нельзя. Пора уже было разобраться с ним. Узнать, что именно он задумал и для чего всё это провернул. Только вот входящий вызов от отца он сбросил.
— Если надо, я и морду ему набью! — злобно произнес он, подходя к двери.
Вместо того, чтобы нажать на звонок, он как можно громче постучался кулаком. Ответа никакого не последовало.
— Опять прятаться собрался? Гису! Открывай! — прокричал он, осматривая окна на втором этаже дома. — Я знаю, что ты дома!
— Ты чего разорался? — произнес Хегай, высунувшись из окна. — Сейчас спущусь.
Джисон не ожидал, что тот так быстро ответит. В принципе, где-то глубоко в душе, он и вовсе был уверен, что Хегай вообще ему не откроет.
— Слышь! Ты чего учудил? — со злостью произнес Джи Джисон спустя пару минут. — Я всё знаю про отца!
— И что? — обыденно произнес Гису и пожал плечами. — Будто от тебя кто-то что-то скрывал.
— Э… — растерял свой запал Джисон, но спустя мгновение снова принялся краснеть. — Слышь! Не увиливай! Отвечай, для чего ты это устроил? Учебу хочешь подправить? Или и вовсе! Тебе нужна власть⁈
— Власть? — задрал брови Гису и раскрыл дверь пошире. Парень выглянул на улицу, осмотрел, а потом продолжил. — Проходи. Нечего тут орать на улице. Только еду не клянчай! — тут же уточнил он.
— Да сдалась мне твоя еда, — буркнул Джисон.
— Ага. Прошлый раз, когда ты уплетал наш ужин, ты что-то другого был мнения.
— Рассказывай! — зло произнес сын министра. — Для чего ты обманом заставил моего отца жениться на своей матери.
Хегай тяжело вздохнул и прошел на кухню.
— Ну ладно. Учитывая, что ты теперь мой брательник, пожалуй, я предложу тебе чаю. Будешь?
— В жопу засунь себе свой чай. Хватит уже оттягивать! Говори!
— Да тут нечего особо говорить, — спокойно начал говорить Хегай, наливая чай в две кружки. — Твой отец попросил меня об услуге. Достаточно сложной. И чтобы выполнить её, мне пришлось пойти на это.
— Не лги мне! Ты пытаешься окончательно добить меня? Хочешь разрушить мою семью?
— Я? Разрушить? — не скрывая своего удивления проговорил Гису. — Послушай, Джисон. Ты вроде бы уже не маленький мальчик. И должен понимать, что мир не крутится вокруг тебя. Если кто-то что-то делает, и это не входит в твоё мировоззрение, это не значит, что тебе пытаются насолить. Просто у людей свои дела. Своя жизнь. А у тебя своя. Я же не обвиняю тебя в том, что Пак назначил тебя своим, можно сказать, заместителем. И не строю в своей голове заговоры о том, как ты пытаешься разрушить нашу дружбу. Понимаешь?
— Че? — с недоумением ответил сын министра.
— Да ни че. Начни уже думать головой, а не тем местом, куда ты чай грозился засунуть. Кстати, очень странный метод чаепития, — усмехнулся Хегай. — Но это твое дело.
— Да что ты несешь⁈
— Тебе отец не звонил?
— Звонил.
— Так поговори с ним, — пожал плечами Хегай. — Если он посчитает нужным, то расскажет всё тебе. А если нет. Так это его право. Но ты не переживай. Этот брак… — Гису отхлебнул из кружки и поморщился, так как чай оказался слишком горячим. — Брак временный. Проблема уже решена. Когда люди перестанут следить и обсуждать твоего отца, мы вернем всё, как было. Так что не паникуй.
