— Спасибо тебе… — еле слышно проговорил Фуко. — То есть… получается, ты не просто так заставил меня поедать перец? Ты хотел преподать мне урок? Научить меня жизни?..
— Не совсем, — Гису поднялся и посмотрел на собеседника сверху вниз. — Это тебе напоминание, чтобы ты не обижал моих друзей. В следующий раз последствия будут куда плачевнее.
Закончил он и направился на выход.
— Погоди! — тут же выкрикнул Фуко. — Ты же обещал помочь мне!
— А разве я не помог? — удивленно уставился на него Хегай. — Обдумай всё на досуге. Разберись в себе. А потом принимай решение. Чего именно ты хочешь?
Гису уверенным шагом направился к выходу. На этот раз он не собирался останавливаться. А Фуко продолжил сидеть с раскрытым ртом и хлопать глазами. И лишь спустя время он словно бы ожил и начал улыбаться.
Лиза шагала быстрым, уверенным шагом, не обращая внимания на шум ночного города. Гул машин, редкие крики уличных торговцев, смех подвыпивших компаний, неоновые огни кафе, призывно мерцающие в темноте — всё это сливалось в единую, хаотичную картину, на которую ей было абсолютно плевать.
Навстречу шла пара: молодые, беззаботные, словно вырванные из другого, более лёгкого мира. Они держались за руки и смеялись так искренне, будто весь окружающий хаос не имел к ним никакого отношения.
Лиза не изменила шага, намеренно продолжая двигаться по той же дорожке, вынуждая их расцепить руки. Но они, похоже, даже не заметили этого — настолько были погружены в свой маленький, замкнутый мир, где не существовало ничего, кроме них двоих.
— Тц… идиоты…
Обычно девушка чувствовала раздражение при виде таких «голубков», но сегодня… сегодня она проворчала больше для вида. Потому что так было привычно. Потому что она не умела по-другому.
Лиза задумалась.
Несмотря на всю специфику её работы, раньше жизнь казалась простой. Тренировки, чётко поставленные цели, полное понимание того, что будет дальше. Всё было логично, всё имело смысл. Она знала, что делает и почему.
Но теперь… Теперь в её жизни появилась неопределённость. Раньше она не задумывалась, что жизнь можно прожить как-то иначе. Не думала, что когда-нибудь начнет сомневаться. И уж тем более не предполагала, что может привязаться к человеку.
— Привязаться? — вслух произнесла Лиза. — Пф… бред какой-то. Он всего лишь избалованный мальчишка. Всего лишь работа. Ничего более!
Наглая ухмылка Джисона всё чаще вставала перед её глазами. Только если раньше одно его появление вызывало у неё глухое раздражение и непреодолимое желание поставить его на место, то теперь… Теперь всё было иначе.
Она прикрыла глаза, глубоко вдохнула, но тёплая дрожь в груди не исчезла. Что-то изменилось. Где-то в этом насмешливом взгляде, в этой лёгкой небрежности, в дерзких словах, которые он бросал ей с таким вызывающим видом, появилось нечто, что выбивало из привычного ритма. Она сама не заметила, как начала ловить его присутствие, предвкушать их перепалки, ждать момента, когда снова увидит, снова услышит его голос. И это пугало её больше всего.
Лиза ускорила шаг и вскоре оказалась перед домом. И тут же ощутила странное напряжение.
Слишком тихо. Слишком темно.
Обычно Джисон оставлял хотя бы один источник света — тёплый свет ночника или приглушённую лампу в углу. С тех пор, как начал платить за счет. Но сейчас… сейчас весь дом был погружён во мрак.
Что-то не так. Во что этот идиот снова вляпался?
Она замерла у входа, прислушиваясь: ни шагов, ни голоса Джисона, вообще ни звука. Хотя нет… кажется, где-то вдали едва слышно играла тихая музыка. Странно, раньше такие мелодии в их доме не звучали.
Каждый инстинкт внутри неё напрягся.
Лиза медленно закрыла за собой дверь, поставила сумку и мягко сжала кулаки. Она сделала несколько осторожных шагов вперёд, пристально вглядываясь в темноту.
— Джисон? — её голос прозвучал тихо, но уверенно.
И снова тишина. Лишь плавная мелодия, все более отчетливо звучавшая со стороны кухни.
Не издав ни единого звука, Лиза плавно подошла к тумбочке. Её движения были точны, отточены годами до рефлексов.
Осторожно открыв верхний ящик, она едва заметным движением надавила на скрытую пластину двойного дна. Раздался чуть слышный щелчок, и её пальцы скользнули к холодной, обжигающе гладкой рукояти пистолета.
Она бесшумно двинулась вперёд, прижимаясь к стене и аккуратно заглядывая за угол, приготовилась к самому худшему. Но то, что она увидела, повергло её в полный ступор: посреди кухни, в самом её центре, стоял стол, накрытый на двух человек.
Свечи, аккуратно расставленные по краям, горели ровным, мягким светом, отбрасывая теплые блики на стол, накрытый с неожиданной тщательностью. Воздух наполнялся аппетитным ароматом специй и жареного мяса, смешанным с тонкими нотками свежей зелени. На тарелках дымились изысканные блюда: нежное мясо, пропитанное пряным соусом, гарнир из запечённых овощей с хрустящей корочкой, аккуратно разложенные ломтики свежего хлеба. От всего этого веяло уютом и каким-то странным, почти интимным ощущением заботы.
