— Нет, нет, напротив, — произнес преподаватель физики и еле заметно улыбнулся одним уголком рта.
Он решил разыграть эту карту иначе, чем обычно. Ему показалось, что применить немного хитрости не помешает. Он положил на стол директора Дайвегу две работы Гису Хегая.
— Одна, — он указал на первую, — это контрольный срез за прошлый год, вторая — работа этого года, которая показывает, насколько дети за каникулы забыли материал. Так вот: судя по работе Хегая, он не только ничего не забыл, но и смог ответить даже на более заковыристые вопросы, чем до каникул.
— Вы хотите, чтобы я его как-то поощрил? — поинтересовался Бём Сок.
— О, да, — кивнул Шивон. — Полагаю, если человек во время каникул предпочитает углублённо изучать учебный материал, он достоин поощрения. Поэтому я предлагаю наградить его. Например, поездкой на всекорейскую олимпиаду по физике.
Бём Сок поднял глаза на Шивона. И в этих глазах преподаватель физики с удовольствием увидел поддержку.
— А вы знаете, — проговорил директор. — Кажется, это действительно стоящая идея.
Про себя он думал примерно так: «Да, Гису Хегай, конечно проблемный ученик, но он же помог мне вернуться в это директорское кресло, когда меня уже сослали к чёрту на куличики. И за это он ещё ничего не попросил. Так почему бы, действительно, не наградить Гису? Поездка на олимпиаду — это очень престижно. Это станет гордостью не только школы, но и самого Хегая».
— Что ж, видимо, это предложение нужно поддержать, — пробубнил он себе под нос, а затем глянул на Шивона. — Хорошо. Сейчас же подпишу указ, а вы сообщите Гису, что он едет на ближайшую олимпиаду по физике. Думаю, он обрадуется!
Сидя за своей партой, я практически никого не замечал, прокручивая в голове раз за разом вчерашний разговор с Диким Топором и Метёлкой.
Если уж такие люди, как они, не могли помочь мне выйти на конкретных людей, это о многом говорило. То, что даже они называли корпорацию серьёзным монстром и бездушной машиной, которая переедет всех, значило, что так оно и было.
Поводов не доверять им у меня не было.
Выходит, тут мне придётся полагаться исключительно на себя самого. Что ж, не в первый раз.
Я прокручивал в голове различные варианты. Наверное, мне стоит начать с тех, кто придёт на переговоры. Это означало, что переговоры мне всё-таки придётся организовать.
Что ж, пусть будет так.
Одним словом, я серьёзно погрузился в свои размышления, поэтому даже не заметил, как в класс зашёл сияющий преподаватель Шивон. Улыбка у него была буквально до ушей.
Практически сразу я почувствовал взгляд, пронизывающий меня чуть ли не насквозь. Но, поглощённый своими мыслями, не сразу обратил на это внимание.
— Господин Хегай, — обратился ко мне преподаватель. — Можно минутку вашего внимания?
Тут я посмотрел на него и понял, что у Шивона слишком уж довольный взгляд. Подозрительно.
И чего он такой радостный? Прошлую проверочную работу я написал, кажется, неплохо. Может быть, не на высший бал, так как мысли мои крутились далеко, но всё-таки на уровне.
Тем временем преподаватель Шивон положил перед собой два листа с ответами на контрольные работы и сказал:
— Уважаемый Гису Хегай, — голос его был приторным, словно он пытался мне польстить, — да и все остальные ученики, — он посмотрел на класс, — дело в том, что я только что был у директора. И мы вместе с ним решили, что необходимо поощрять вот таких выдающихся людей. И по этой самой причине на ежегодную олимпиаду по физике от нашей школы отправиться именно Гису Хегай.
После нескольких секунд затишья, которые мне показались вечностью, потому что я обдумывал, что сейчас сказал Шивон, класс буквально взорвался.
— Ура!
— Класс!
— Гису! Молодец!
Ко мне тут же обернулись с переднего ряда, стали жать руку, кто-то похлопал по плечу.
— Ура, Гису!
— Отлично!
— Ты заслужил!
— Молодец!
— Круто!
А я лишь оглядывался по сторонам, никак не реагируя на поздравления. В голове моей крутилось одно: «Что⁈ Какая ещё олимпиада⁈ На хрена она мне⁈»
Затем я снова увидел оскаленную улыбку Шивона.
Вот же засранец… У меня на носу разборки с корпорацией, а они меня шлют на какие-то школьные соревнования⁈
В комнате подростков немного пахло потом, но в основном кимпабом, который мать принесла братьям Ли Джонуку и Ли Джонхё. И они уже съели всё рулетики.
А сейчас валялись на своих кроватях: Джонук — на первом ярусе, Джонхё — на втором. И залипали в телефонах. Уже через пятнадцать минут надо будет вставать и делать уроки, но сейчас ещё было время, чтобы расслабиться и посмотреть новинки K-попа.
Джонхё, лежавшему наверху, сразу понравилась группа «Грязь под ногтями». Её композиции отзывались чем-то новым и непривычным в его душе.
Ему хотелось двигаться в одном ритме с певицами. А вот его брат с первого яруса поверил словам небезызвестного Ким Су Хона и решил, что «Грязь под ногтями» обычные плагиаторы.
Пользуясь тем, что у него есть ещё время, Ли Джонхё влез на канал группы и увидел, что там выложили ещё один трек с новой хореографией. Он даже забыл надеть наушники и ткнул пальцем на воспроизведение.
