— Абсолютно, — ответил ему Чан Ан. — Более того, я думаю, что экономия была абсолютно на всём, не только на кровле. Но для того, чтобы это понять, нужна экспертиза. Разумеется, я подобными полномочиями, да и техническими возможностями, не обладаю. Но я очень не хочу, чтобы пострадала репутация отца. Именно поэтому я прошу вас: обратить внимание вашего начальника на то, что подобный подход к строительству, как в случае с «Бриллиантовой Лагуной», предполагаю, и с другими объектами, которыми занимается Ке Ён Ан, крайне губителен. Репутация компании, которую отец выстраивал годами, если не десятилетиями, рухнет неимоверно быстро.
— Ты хочешь сам встать на место брата? — напрямую спросил Кан Дон Су.
— Нет, — Чан Ан посмотрел на телефон и покачал головой. — Я хочу, чтобы ни вы, ни ваш сын вообще не упоминали об этом звонке. Мне ничего не нужно от моего отца. Я всего добьюсь сам. Я всего лишь не хочу, чтобы нашу фамилию смешали с грязью.
— Достойный ответ достойного человека, — ответил на это Дон Су. — Что ж, хорошо. Я всё сделаю, можешь не беспокоиться. Вот только брат твой невероятно горделивый, и он не допустит, чтобы про него говорили всякие гадости, как он считает.
— Это его проблема, — Чан Ан уже представлял лицо брата, когда тот услышит претензии. — Просто донесите информацию до отца.
— Хорошо. Желаю успехов, Чан, — проговорил Кан Дон Су на прощание. — И спасибо, что не прошёл мимо. Я постараюсь как-нибудь всё сделать аккуратно.
Такси ожидаемо привезло нас с Ким Ю Джин в серую, унылую промзону, причём такую, где и особого движения-то не было. Я даже заметил, что таксист напрягся и глядел по сторонам, как бы чего не случилось. Затем он высадил нас у двухэтажного бетонного здания и быстро ретировался, переживая, видимо, за то, что его могут ограбить.
— Куда нас занесло? — Ким Ю Джин оглядывалась по сторонам. Девушку ощутимо трясло, видимо, сказывался отходняк после всего случившегося.
— Всё будет хорошо, — пообещал я ей, взял под руку и повёл вокруг здания.
В сообщении от Метёлки значилось, что должен быть вход в подвал. Отыскав его, я увидел основательную стальную дверь с неприметным звонком. В него я и позвонил.
Изнутри послышался шорох, затем движение. Судя по всему, нас осмотрели. После чего открыли дверь.
За дверью была лестница вниз. Спустившись по ней, мы оказались в месте настолько необычном для простого человека, что это даже было странно.
Мы оказались в лаборатории. Причём тут могли делать всё, что угодно: от подпольных лекарств и наркотиков до операций по извлечению донорских органов. Уж не знаю, хотя, конечно, больше всего эта лаборатория напоминала именно химическую, для производства веществ.
Ким Ю Джин только зажала рот рукой, чтобы только не ляпнуть чего-нибудь. И иногда лишь качала головой. На последней ступеньке она споткнулась и едва не упала, ударившись лицом, но я вовремя её подхватил.
— Что тут у вас? — проговорил человек, похожий не то на лаборанта, не то на мясника. На нём был халат, но не белого, а какого-то серого цвета, плюс ещё фартук, вымазанный различными веществами, среди которых, вроде бы, угадывалась и кровь.
— Подозрения на яд, вот. — Произнес я и показал руку Ким Ю Джин, на которой лучше всего видны пятна с ярко-алым ореолом. — У другого пострадавшего они были сильнее выражены, — после этого я достал телефон и показал пару фотографий.
— Угу, — кивнул человек, работавший в этой лаборатории. — Всё понятно. Сейчас всё сделаю, — он повернулся к певице. — Усаживайтесь, девушка вон туда, — он показал на стул, который мог стоять в любой поликлинике, рядом с таким же невзрачным столом.
— А что вы будете делать? — попыталась спросить Ким Ю Джин дрожащим голосом.
Но человек в халате даже не обратил на неё внимания. Он взял катетер с острой иглой и шприц с какой-то прозрачной жидкостью. С этим набором он подошёл к Ким Ю Джин, но обращался при этом ко мне:
— А вот здесь, — он показал на шприц, — что-то типа общего антидота. Это чтобы не терять времени. Если я правильно определил яд, а скорее всего, я его определил правильно, этот антидот послужит для того, чтобы полностью вывести яд из организма жертвы в ближайшие двадцать четыре часа.
Мне показалось, что эта речь была слишком длинной для него. Слова вываливались у него через губу, словно нехотя.
— Но при всём том мне нужно будет взять кровь у жертвы, чтобы провести более точные исследования и выдать, возможно, наилучший антидот. Ну, плюс, может быть, что-нибудь узнаем по веществу.
— Хорошо, занимайтесь, — кивнул я.
— Вздохните, — приказал лаборант Ким Ю Джин.
Он дождался, пока та втянет воздух, взял её руку и просто всадил шприц, после чего выдавил его полностью. Певица вскрикнула уже после того, как он извлёк шприц из её руки.
— Будет больно, — сказал он после этого. — И неприятно. Но зато вы будете жить.
— Можно было и предупредить, — проговорила Ким Ю Джин.
— Давайте другую руку, — сказал на это лаборант.
