А через какие испытания пришлось пройти коллективу самого тиражного издания страны –
«Сельским вестям»! Множество раз приостанавливали выход (вы когда-либо видели директора
издательства, который, находясь в своем уме, отказался бы печатать газету в 600 тысяч
экземпляров?!), возбуждали уголовные дела, все из которых закончились ничем. Однако на
здоровье журналистов «властные наезды» еще как отразились. Да и другим уроки – не из слабых.
Банковая (место расположения резиденции президента Украины – авт.) дала четко понять: степень
свободы украинских журналистов определяется размером начерченной президентским
окружением клетки.
И большинство главных редакторов стали играть именно по этим правилам, не желая получить от
«судьи в поле» красную карточку (у большинства – семья, дети, которые ежедневно просят есть).
А поскольку смирительной рубашкой чаще всего является собственная кожа, инстинкт
самосохранения включил внутреннего цензора. И...
Опять – картинка из натуры. Подготовил острый материал о состоянии свободы слова в Украине
для российского «Делового вторника». Почему именно туда? Потому что он еженедельно выходил
вкладкой в украинской «Рабочей газете», то есть, я имел возможность наглядно полюбоваться
плодами своего труда. Ребята из ООО РИЦ «КП», которые через спутник принимали московские
пленки, позвонили по телефону вечером, предупредив, что материал вышел. Утром иду к киоску, покупаю газету. Разворачиваю и. собственной фамилии не нахожу. Вот «Деловой вторник», вот...
А моего опуса – нет.
Звоню в редакцию (хотя и сам все прекрасно понимаю). Ответственный секретарь объясняет:
– Существует устная договоренность с россиянами: в случае, когда какие-то их публикации нас по
тем или другим причинам не устраивают, мы их вырезаем и заменяем на свои.
– И часто так бывает?
– Ну, нет! Это, по-видимому, во второй раз. Как-то еще снимали небольшую информацию.
И она, что ли, угрожала безопасности государства?!
Однако обиды на коллег у меня нет. Оставь они статью и на следующий месяц Кабинет
Министров вряд ли перечислил бы хотя бы копейку на счет коллектива. Да и другие методы
«влияния» на непослушных есть.
Таким образом, власть – не кием, так палкой, совсем не расщедриваясь на пряники! – своего
достигла. Пышным цветом расцвела паркетная журналистика. Значительное количество изданий
стали похожи друг на друга, как однояйцовые (в самом деле: зачатые же на Банковой!) близнецы.
Листая газеты или глядя телевизор, на 90 процентов слышишь и видишь новости, почерпнутые из
лент информационных агентств (из каких темников берут факты те?), пресс-релизов, брифингов.
Порядочному работнику СМИ – мерзко (иногда приходится притворяться дурачком, чтобы не
выглядеть идиотом!), читателю-слушателю – неинтересно, а власть торжествует: именно этого она
и добивалась.
Хотя, если бы Леонид Даниилович, состоя в должности секретаря партийной организации завода
«Южмаш», внимательнее читал К. Маркса, возможно бы в памяти остались такое его подходящее
предостережение: «Деморализующе действует подцензурная пресса. Правительство слышит лишь
свой собственный голос, однако поддерживает в себе самообман, будто слышит голос народа и
требует от народа, чтобы он тоже поддерживал этот самообман. Народ же впадает частично в
политическое разочарование, или, отвернувшись от общественной жизни, превращается в толпу
людей, которая живет исключительно частной жизнью».
К сожалению, руководство Украины – эти полупрофессионалы с гипертрофированным
высокомерием, третья волна партноменклатуры и сумасбродные горлопаны из «перестроечных»
площадей – учились чему-нибудь и как-нибудь: что с них возьмешь? У них одно понимание роли
СМИ: сделай мне приятно! Чтобы власть предержащие не декларировали из высоких трибун, какие бы указы будто бы в защиту журналистов не подписывал Кучма, сущность его режима не
изменяется.
По словам одного из политиков, Леонид Даниилович как-то заявил в узком кругу, что ему крайне
надоела «демократическая пресса», которая пишет черт его знает что, и что он желал бы иметь
хоть немножечко «коммунистической». Персонально для себя (как анекдотический дед – СПИДа).
Несомненно, сразу нашлись и приспешники, которые, не откладывая «дела государственной
важности» в длинный ящик, взялись за воплощение сей прихоти в жизнь.
Успокаивает одно: не исключено, в конце концов, власть предержащие доврутся и до правды.
Вспомним события, связанные с захватом заложников в Москве. На что сподобилась московская
бесцензурная журналистика (особенно, телевизионная)? Рассказать в прямом эфире обо всех
входах-выходах к Театральному центру (чтобы террористы знали, откуда ждать спецназ?).
Детально отслеживала перемещение последних – опять же с представлением «картинки» на экран
(чем не разведка для отморозков?). Кричали во все микрофоны, что спецназовцы, дабы не
перепутать своих с чужими, имеют на рукавах белые повязки (предостережение террористам?). И
это в то время, когда от одного слова в буквальном его понимании зависела почти тысяча жизней.
И после этого вы будете настаивать, что цензура для журналистов зло? Хоть и сам вот уже свыше
