Наедине со всеми полностью

(Догоняет, останавливает.) Наташа, ты не уйдешь! Давай сделаем так: десять дней… ты даешь мне испытательный срок десять дней. Если через десять дней ты будешь настаивать, я уйду… я исчезну навек! Но ты увидишь… ты убедишься. Ты даже за эти десять дней убедишься. Ну, я прошу тебя — десять дней… десять дней! Хорошо? Мы прожили с тобой двадцать лет, Наташа… а теперь я прошу всего еще десять дней. Всего десять дней! Хорошо? Ну скажи— да. Да, и все. И я ставлю чайник. И ты увидишь. Ну скажи. Ну кивни. Ну улыбнись. Ну, Наташа!

Наташа поворачивается, подходит к столу, берет сигарету.

(Идет за ней.) Наташенька, да? Да? Десять дней? Да?

Наташа щелкает зажигалкой.

Все! Да! То, что ты закурила, принимается за знак согласия! Можно принять за знак согласия? Все, принимаю за знак согласия! И ставлю чайник, да? Ставлю чайник? Все, ставлю чайник! (Выбегает.)

Наташа тут же гасит сигарету, открывает шкаф, быстро забрасывает в сумку необходимые вещи, срывает с вешалки пальто и устремляется к двери. В дверях сталкивается с Андреем.

В чем дело? Мы же договорились — десять дней! Я поставил чайник!

Наташа. Дай мне выйти.

Андрей. Не-ет! Нет! Нет! (Бьет себя кулаком по голове.) Нет! Нет, нет, нет, нет, нет!..

Наташа. Прекрати истерику!

Андрей умолкает.

Разденься!

Снимает шляпу, плащ — бросает на тахту.

Сядь! (Кивнула на кресло.) Андрей смиренно садится.

(Стоя перед ним.) Тебя что волнует — что я ухожу, а ты остаешься в квартире? Можешь не беспокоиться, мне есть где жить с Алешей…

Андрей. Ну при чем это?

Наташа. Я бы здесь все равно не могла. Я буду жить у Олиной мамы, она уехала к сестре в Ленинград, на все лето. Оля дает мне ключ… я с ней говорила, перед твоим приходом. Я предвидела, что ты не уйдешь.

Андрей. Нет.

Наташа. Что — нет?

Андрей. Ты будешь здесь.

Наташа. Я не могу здесь. Я не могу сюда привозить Алешу, я ненавижу эту квартиру и тебя вместе с ней! Я не могу вас видеть рядом…

Андрей. Ну зачем ты? Я знаю, что надо сделать, чтоб все было хорошо.

Наташа. Да ты сам не вынесешь. Я все время буду тебе напоминать. Чуть что.

Андрей. Наташа, я знаю, что надо сделать, чтоб все было нормально.

Наташа. Нормально не может быть.

Андрей. Может.

Наташа. Не может! Это не уладишь… как ты привык все улаживать. Я не могу вас видеть вместе, понимаешь? Я не могу взять и переступить… как будто ничего не случилось. И шагать дальше с тобой под ручку!

Андрей. Наташа, я знаю, что надо сделать, чтоб все было хорошо.

Наташа. Сейчас ничего нельзя сделать.

Андрей. Можно.

Наташа. Нельзя!..

Андрей. Ну тогда убей меня. (Кричит.) Убей меня! Или поверь, что я знаю, что надо сделать, чтоб все было хорошо!

Наташа. Ну, что надо сделать… что ты можешь сделать, господи?

Андрей. Я сейчас все могу, Наташа!

Наташа. Ну что, что?

Андрей. Я уйду с работы.

Наташа. Не поняла!

Андрей. Я с работы уйду! С моей работы. Потому это все плохое в нашей жизни идет от моей работы. Вся гадость, все вранье! А теперь я уйду. Совсем.

Наташа. Ты никогда не уйдешь!

Андрей. Наташа, уйду.

Наташа. Ты?

Андрей. Я! И не просто уйду, а никогда в жизни больше не буду начальником. Ни большим, ни маленьким, никаким. И все будет у нас нормально.

Наташа. Нормально…

Андрей. Да, нормально! Я же знаю, в чем дело, я же понимаю. Мне нельзя… с моим характером — быть начальником. Я не могу, я не умею… я не в состоянии быть и начальником и человеком. У меня не получается, я сейчас это окончательно понял!

Наташа. Сейчас — это когда?