Но вот подул долгожданный ветерок, и Макс подавил в себе первое желание вскочить и убежать, вместо этого он открыл стрельбу по неясному силуэту с замахнувшейся рукой. Пулемет зашелся частым лаем. Гильзы сыпались на пол, в один момент переполнив поддон. Но все равно что-то влетело внутрь.
– Граната! – крикнул Бертрольд, но его никто не слышал из-за пулеметной стрельбы. Тогда он схватил ее и выбросил в дверь.
Вместе со взрывом гранаты послышались чьи-то жуткие крики.
– Примкнуть штыки! – скомандовал Стюарт. – За мной, в атаку!
И все, кто был в блиндаже, кроме Макса, выскочили наружу. Затрещали их «спруты», и снова послышались приглушенные крики. Брюстер же продолжал поливать свинцом лежащее впереди пространство, стараясь накрыть как можно большую площадь, несмотря на узкую амбразуру, жалея, что при строительстве ее не сделали шире.
Сводная группировка Третьего ударного флота уже несколько часов продолжала сдерживать противника на орбите Тайтара. Но силы были не равны, и корабли Торговой Федерации продолжали отступать, медленно, но верно.
Противник изыскал дополнительные резервы, которые и направил сюда. Несмотря на предсказуемость такого шага, это, как ни странно, было неожиданным. Поскольку никто не думал, что подкрепление будет таким существенным. Кроме крейсеров и линкоров в количестве десяти штук пригнали и артиллерийский эсминец, который за час работы своими пушками мог накрыть территорию в тысячу квадратных километров, не оставив там ничего живого.
– Зачем им такой монстр? – удивился майор Бик Бередж, глядя на эсминец. Этакая плоская плита, дно которой было буквально усеяно пушечными стволами. – Вот нам бы здесь такой пригодился, а им совсем ни к чему.
– Он ведь может стрелять не только по планете, но и по таким целям, как мы, – пояснил генерал Назар. – Забросает нас своими болванками к чертовой матери… правда, они медлительны.
– Так почему не забрасывает?
– Потому что враг понимает: как только они выведут его на передний план, мы сосредоточим все свои усилия на нем, и тогда ему несдобровать. А так мы ведем вялую позиционную перестрелку, которая, по большому счету, выгодна как им, так и нам…
Генерал сосредоточенно рассматривал голограмму боя. По всему выходило, что дольше часа не продержаться.
– Даже страшно представить. Сэр, может быть, предпринять обходной маневр?
– Нет, сейчас мы прикрыты мошкарой. Как только какой-нибудь корабль выйдет из зоны, его порвет на куски этот гад под названием «Ранкор», – генерал показал на жирную точку эсминца.
– Нам нужно подкрепление.
– Я его вызвал еще неделю назад.
– Что сказали?
– Пришлют четыре корабля. Два крейсера и два транспорта с десантом. Никто ж не предполагал, что они пригонят сюда корабль типа «Ранкор».
– Тогда нужно провести контратаку и эвакуировать наземные войска.
– Ага, положить до полутысячи отборных пилотов и чертову уйму кораблей ради спасения семи-восьми тысяч зеленых птенцов. Командование меня не поймет. Да и полумеры это все.
– Ну почему же? Если мы объявим им о своем желании отозвать солдат, противник даст нам коридор. Это негласное правило…
– Нет. Наша задача зацепиться за планету любой ценой, – ответил генерал, не отрывая взгляда от голограммы. – И мы зацепимся.
– Каким образом, сэр?
– Еще не знаю, но зацепимся.
– Если не секрет, когда придут корабли?
– Завтра.
– Тогда, сэр, у нас нет ни единого шанса.
Генерал пожевал губами, он был полностью согласен со своим адъютантом. Разве что только провести безудержную атаку, но это будет полным самоубийством как в прямом, так и в переносном смысле.
– Сэр, – привлек к себе внимание оператор радарной системы.
– Что?
– На «горизонте» шесть меток.
– Направление?
– 810728.
– Ничего не понимаю, – признался Назар.
– Может, это наши? – предположил майор. – По крайней мере, направление совпадает.
– Должно было быть четыре корабля с направления 812403… и завтра. А с этого направления может появиться кто угодно, как наши, так и айманы.
– Лучше бы уж наши…
– Сэр, корабли наши, – внес ясность оператор, удовлетворив любопытство майора. – Пароли совпадают.
– Какие корабли?
– Пока далеко, но, может, они сами внесут ясность, есть попытка выхода на связь.
– Включай.
На экране появился незнакомый Назару человек в форме офицера Торговой Федерации.
– Меня зовут генерал Марк Спрингс…
– Простите меня, генерал, – прервал Назар. – Где группировка полковника Ульха и почему мне ничего не известно?
– Планы немного поменялись, командование решило, что я прибуду быстрее.
– Но предупредить-то меня могли? – генерал Назар с недоверием посмотрел на генерала Спрингса. Всякое могло случиться, войной правили деньги, и тот вполне мог оказаться «троянским конем».
– Я ничего не знаю. Может быть, по соображениям секретности вас не предупредили о моем появлении. Вы должны понимать…
– Хорошо, – сдался Назар, – какими силами вы располагаете?
– Два эсминца класса «Ротонда», крейсер и три транспорта. Правда, нас срочно сняли с ремонта… общая готовность в пределах семидесяти процентов, но нам не успели поменять пушки.