Проверив холодильник на предмет чего-нибудь съедобного, не требующего долгих стояний у плиты, я с сожалением вынужден был признать, что лени придётся отдохнуть. За прошедшую неделю, увлечённые делом и нежелающие тратить время на готовку, мы, кажется, успели уничтожить всё быстроразогреваемое или не требующее разогрева вовсе. Остались, разве что, армейские ИРП-ы[13], купленные Роговым с моей подачи, и завезённые на базу в качестве неприкосновенного запаса. И это не есть хорошо. Нужно будет сгонять в город за восполнением запасов. А пока… пока мне предстоит озаботиться приготовлением полноценного завтрака на всю команду. Хех, невелика плата за возможность оправданно устроить побудку этим суркам. Зловредный? Нет, правильный командир. И как всякий правильный командир уверен, что если я не сплю, то и личный состав должен быть бодр, весел и… занят. Желательно, чем-нибудь общественно полезным, но и работа ложкой тоже сойдёт. По крайней мере, сегодня — точно. Всё же команда за эту неделю действительно выложилась на все сто, а значит, имеет полное право на отдых. Ну а приготовленный мною завтрак пусть считают частью награды за трудовой подвиг.
Кстати, стоит добавить ещё один пункт к предстоящей беседе. Поваров у нас здесь не будет ещё долго, а кушать, как ни странно, хочется каждый день. Вот и введём уже опробованную в подвалах "Девяточки" систему дежурств по кухне. Нужно будет только правильно состыковать её с вахтами, но это уже другой вопрос.
Закончив с приготовлением завтрака, я окинул взглядом кухню, покосился на коммуникатор и, махнув рукой на злодейские планы побудки учениц и Роговых, убрал большую часть приготовленного в тёплый шкаф, начал собирать поднос. Хреновый из меня командир, выходит, если я готов променять издевательства над подчинёнными на подачу завтрака невесте в постель.
— Оладушки… с вареньем. — Сквозь сон пробормотала Оля, расплываясь в улыбке… и открыла глаза.
— Малиновым. — Подтвердил я сонную догадку невесты, осторожно устраивая поднос на тумбочке рядом с кроватью. А что делать? "Постельный" столик, как оказалось, не входит в комплектацию обычного жилого модуля.
Любуясь, как довольная, словно кошка, Ольга уплетает оладьи, запивая их чаем с лимоном, я всё же нашёл в себе силы отвлечься от этого умиротворяющего зрелища и присоединился к ней. Всё же, я тоже пока не завтракал. А есть-то хочется!
— Учитель у меня, натуральная сволочь, а вот жених самый лучший! — Заключила Ольга, наградив меня долгим поцелуем и, с толикой сожаления глянула на опустевший поднос.
— В душ я тебя, так и быть, отнесу. А вот в столовую за добавкой пойдёшь сама.
— Эх… такой момент испортил. — Деланно печально вздохнула невеста, выбираясь из кровати. И взвизгнула, когда я, подхватив её на руки, направился в сторону душевой. — А может и нет… Спинку потрёшь?
— А как же добавка? — Спросил я, когда за нами закрылась дверь санузла.
— М-м… обойдусь. — Решительно мотнув гривой распущенных волос, заявила невеста и, соскользнув с моих рук, потянула в душ. Но почти тут же остановилась и, глянув на мой наряд, недовольно покачала головой. Короткий жест ладонью, и комбез, вынесший установку натяжного стенда, осыпался на пол непритязательной кучкой жёстких ниток, а вместе с ним развеялось и бельё. Я фыркнул.
— Однако, если ты так же поступала с противниками в лесу, то я не удивлён их осторожности во время ваших встреч. Бегать по болотистой местности в разгар лета голышом… не самое приятное занятие. Хотя, комары, наверное, были счастливы. — Проговорил я.
— Издеваешься? — Притворно насупилась Ольга, стягивая с себя клочки одежды, что она, по какому-то недоразумению, называет бельём.
— Горжусь. — Честно ответил я. — Ведь это не какая-нибудь жутко секретная родовая техника соблазнителей из рода Бестужевых?
— Р-р! — Сверкнув глазами, Ольга выхватила из держателя душевую лейку и обдала меня потоком холоднющей воды. Точнее, попыталась. Струи ударились о выставленный щит и стекли на пол, а я шагнул вперёд, заставив невесту попятиться. Крутануть вентиль, отобрать и вставить исторгающую теперь уже приятный тёплый поток воды лейку обратно в держатель, прижать к себе фырчащую девушку. Вот теперь можно и договорить, поскольку, сама Ольга, кажется, так и не поняла, что именно она только что сотворила.
— Так что там насчёт техники? — Спросил я, когда невеста перестала пытаться выбраться из объятий и, угомонившись, прижалась ко мне всем телом. Впрочем, судя по тому, как скользят её ладошки по моей спине, насчёт "угомониться" я поторопился.
— Кир! — По спине полоснули острые ногти.
— Шучу я, шучу. — Погладив Олю по влажным волосам, произнёс я. — Но если это не техника, то…
— То что? — На этот раз во взгляде невесты не было и намёка на игру. Серьёзный такой взгляд, вопрошающий.
— Оленька, ты, наверное, ещё не проснулась. — Посочувствовал я отказывающейся трезво размышлять девушке. Правда, чем сильнее она ко мне прижимается, тем меньше я сам готов думать… верхней головой, по крайней мере. И невеста, кажется, это тоже заметила. Вон какой блеск в глазах.
