Если говорить коротко — меня фактически поделили, даже не спрашивая моего мнения, а лишь ставя перед свершившимся фактом. В любой иной ситуации я может бы и возражал, но точно не в этом случае…
— Верность и преданность на долгие годы, до самого конца жизни, — сказал Ламонт, при этом делая небольшие надрезы на наших с девушкой руках. — Кровью своей, вы подтверждаете права свои.
Одновременно подносим кровоточащие кисти к камню Власти, алые капли баронессы и черные мои, тяжело падают на поверхность старого ритуального обломка скалы.
— Этот мир и этот камень, являющийся плотью от него, принимают своих новых правителей и дают им власть над собой и над всеми живущими на нем. Кровь и планетная твердь сплелись в единой целое, — направленные микрофоны издалека ловят слова баронского управляющего и разносят по всей округе. Вполне возможно, что даже в городе их будет слышно, настолько громко они звучали.
— Но сегодня это союз не только планеты и нового властителя домена, сегодня это союз двух людей, — при этом старик снова делает надрезы на наших руках в районе вен, быстро соединяя их между собой.
Как только наша кровь соприкасается, Тисара издает мучительный стон, я пытаюсь отдернуть руку назад, но девушка с поразительной силой прижимает ее и не отпускает, хотя по ее лицу видно, что ей больно.
— Кровь к крови! Власть к власти! Да будет так!
Упрямо продолжая держать мое запястье, аристократка из рода Канваль при последних словах, вздергивает наши сцепленные руки вверх, одновременно разворачиваясь к помостам со зрителями:
— Во славу предков и потомков!!!
Многие начинают аплодировать, кто-то даже вскакивает со вскинутыми вверх руками. Крики и приветственные возгласы сопровождают нас весь путь, пока мы спускаемся вниз и направляемся на свои места. Людям явно пришлось по душе увиденное зрелище. Только вот это еще далеко не конец, свадебная церемония закончена, но впереди ждало кое-что более интересное.
Два резных кресла с прямыми высокими спинками принимают новых барона и баронессу, Тисара садится, не выдавая эмоций, улыбка сияет на все лицо — она знает, что сейчас ее снимают со всех ракурсов многочисленные голо- и сетевые камеры.
Но я-то понимаю, что все это притворство, моя кровь вызвала жгучую болезненную реакцию, которая вряд ли прошла настолько быстро. Помниться, когда в мою рану попала кровь шестилапых хищников с Антары, только чистый лакран смог охладить пылающие вены.
Конечно, моя кровь уже не настолько токсична и во многом совсем другая, смешавшаяся с человеческими генами, но все равно ощущения от соприкосновения должны быть болезненными.
— Когда пойдут солдаты, посыпь незаметно на рану, — протягиваю небольшой синтетический пакетик Тисаре.
— Что это? — негромко спрашивает она.
— Лакран, он охладит боль, — отвечаю так же шепотом, едва шевеля губами.
Уже полноправная баронесса крепко сжимает мне кисть в знак признательности, забирая вещество.
Его доставили сегодня ранним утром с борта одного из буксиров Консорциума, тамошний пилот не отказался заработать, продав немного ценного ресурса по умопомрачительной цене.
Наконец в воздухе начинают звучать абсолютно неизвестные слова для местных под ритмичную музыку с далекой Земли:
— «Die Waffen legt an!», «Die Waffen legt an!».
Что означает на немецком довольно верную фразу, учитывая последние события: «Оружие наготове! Оружие наготове!».
Тяжелая мелодия разносится над толпой, заставляя людей пораженно замереть, а потом удивленно наблюдать, как из-за высокой перегородки с левой стороны трибун появляются марширующие четким шагом солдаты, экипированные в полные бронескафы.
Земля покрыта толстыми пластиковыми квадратными сегментами, закованные в сталь ноги отбивают мощную дробь, идя в синхронном унисоне со звучащей мелодией «Hell March».
Первые проходят пятьдесят баронских гвардейцев уже в перекрашенных бронекостюмах черно-серого цвета. Огромные массивные фигуры разделены на пять рядов, по десять человек в каждом. Идущий впереди солдат высоко несет знамя с новым баронским гербом: звездное небо и белое схематичное изображение звездолета с мечом позади. Остальные крепко прижимают к груди большие штурмовые винтовки.
— Дук… дук… дук… «Die Waffen legt an!»[1]… ту-ду-ту-ду-ту… ту-ду-ту-ду-ту…
Продолжается ритмичный перестук.
Баронская стража идет гордо, твердо впечатывая подошвы металлических ботинок в поверхность.
За ними почти сразу появляются наемники, нисколько не уступающие в слаженности движений местным военным. Только окрас бронированных скафов у них красно-черный и знамя впереди с эмблемой отряда «Дети Гнева»: тремя алыми когтистыми росчерками на темном фоне. Именно его сейчас несет Стелла Хатан — лидер десантной секции крейсера «Элдридж». Ее шлем, как и у всех закрыт, но я знаю, что это она.
Солдат удачи намного больше, чем гвардейцев — сразу две сотни наемников шагают в мерном грохоте звучащего адского марша.
— Дук… дук… дук… «Die Waffen legt an!»… ту-ду-ту-ду-ту… ту-ду-ту-ду-ту…
