– Та папка, которая несколько дней назад лежала на вашем письменном столе. – Рэпп указал на пустую поверхность. – Папка с моим именем.
– И что?
– Вы меня проверяли.
– Неужели?
– Да, – небрежно сказал Рэпп. – Я видел, что вы записываете то, что здесь происходит. И все изучаете. – Митч указал на письменный стол. – Вы не из тех парней, кто оставит на столе важные документы без веской на то причины. Не сомневаюсь, что здесь ведется аудио- и видеозапись. – Рэпп кивнул в сторону книжных полок и светильника в потолке. – Когда вы назначили мне встречу несколько дней назад и я сидел и ждал вас в течение пятнадцати минут, вы почти наверняка находились наверху или в подвале и наблюдали за мной. Проверяли, попытаюсь ли я открыть папку и прочитать, что там написано.
Они услышали, как Льюис откашлялся.
– Даже если это и так, я не вижу причин ломать руку Виктору.
– А я не сказал, что на то была причина. Я сказал, что вы играете с нами в игры. Оставляете папки на столе, говорите, что существуют правила, а потом позволяете Виктору их нарушать. Вы ведь сами находились в амбаре – какое право имел Виктор бить Фреда в лицо?
– Мы разберемся с этим отдельно. Сейчас речь о том, что сделал ты.
– Я видел, как вы отреагировали, когда Виктор ударил Фреда в нос. – Рэпп помолчал и опустил взгляд на свои руки. – Знаете, что я думаю… я думаю, что Виктор выпадает из общей картины.
– В каком смысле?
– На основании всего, что я видел за то время, что здесь нахожусь, есть только два логичных объяснения всего, что связано с Виктором. Либо он – такой же рекрут, как все остальные, либо он – часть вашего эволюционного процесса.
– Часть процесса?
– Он работает на вас. Виктор – один из инструкторов.
– И зачем нам так поступать?
– Чтобы лучше нас изучить. Вы сделали Виктора одним из нас, чтобы он провоцировал нас на ошибки. Он спрашивает, кто мы такие и откуда родом. Помогает избавиться от тех парней, которым не хватает дисциплины.
– Интересно.
– В любом случае это неправильно. Если я верно понимаю смысл программы, то Виктор вам не подходит. Если он рекрут, а вы этого не видите, я не уверен, что хочу работать с людьми, которые закрывают глаза на очевидные вещи.
– А если он один из инструкторов?
– Тогда вы избрали отвратительный путь подготовки дисциплинированных людей.
– Давай предположим, что твое второе предположение является верным. И, зная все это… ты решил сломать ему руку.
Рэпп покачал головой.
– У меня и раньше имелись подозрения, но не было уверенности. Ну а после того, как я сломал ему руку, ваша реакция – как и других инструкторов – не вызывала сомнений. Теперь я практически уверен, что он – один из вас.
Снова секунд пять оба молчали.
– Как ты считаешь, у тебя правильные представления о морали? – спросил Льюис.
Митч коротко рассмеялся.
– Ну вот, опять невнятные вопросы…
– Я знаю, но сделай одолжение, ответь на вопрос.
– Вас интересует, понимаю ли я разницу между правильным и неправильным?
– Да.
– Я бы сказал, что да – практически с полной уверенностью, – ответил Рэпп после коротких колебаний.
– Но?
– Здесь… в этом месте… складывается впечатление, что определенность утрачена.
– Ты можешь привести конкретный пример?
– Тот старый тип… о котором меня предупреждал мой вербовщик… ну не прошло и пяти минут после моего прибытия, как мы оказались в амбаре на матах… Он сказал, чтобы я отказался от дальнейшего участия, что сэкономило бы нам всем время и усилия. Я предложил ему проверить, есть ли у меня необходимые качества. Он четко предупредил меня, что во время спарринга нельзя атаковать голову и пах. Мы начали схватку, и через двадцать секунд я одержал победу. Через две секунды он потерял бы сознание – и тут он схватил меня за яйца и практически превратил в евнуха. И ничего не сказал по этому поводу. Более того, больше я его не видел… А потом я заметил, что Виктор нарушает правила, сформулированные инструкторами, все, какие только возможно. И вновь, когда сегодня начались спарринги, инструктор четко сказал, что наносить удары в голову и в пах запрещено. И что сделал Виктор?.. Фред находился в нескольких секундах от победы, когда тот ударил его в лицо. Я видел, что вам это не понравилось, но двое остальных промолчали. Довольно странная ситуация. Я не понимаю, как после такого вы рассчитываете, что мы будем соблюдать правила. И вот я сижу здесь… технически я не совершал серьезных ошибок, но мне грозят исключением из программы.
– Я тебе не грозил.
– Вы сказали: сержант Смит считает, что меня следует исключить. А как еще это можно назвать, если не угрозой?
Льюис остановил запись и посмотрел на Харли.
– Это был один из самых трудных сеансов в моей жизни, – сказал он, сложив руки на груди. – Знаешь, почему?
Харли покачал головой.
– Потому что я согласен практически с каждым его словом.
