Нум являлся некой пиратской республикой, где рулил совет кланов, – эти сообщества маскировались под корпорации наемников и организации, оказывающие всякие сомнительные услуги. Капитан связался с местным отделением Биржи и нашел несколько контрактов, однако предложение корпорации «Ашеми» выглядело гораздо интереснее.
В местной инфосети нашлись также документы по судам тохайцев – Алекс скопировал их все. Он узнал, что некоторые корабли негуманоиды делали на экспорт. Тохайцы производили для них только корпуса, всю начинку покупатель ставил сам. Их покупали в основном негуманоиды, хотя некоторые корпорации использовали подобные аппараты.
Инженер прояснил некоторые особенности конструкции и систем – как он и подозревал, массивный цилиндр силовой установки являлся частью двигательной системы корабля. А контуры и баки – элементами продвинутой системы защиты и жизнеобеспечения, основанной на биотехнологиях.
К сожалению, использовать все это оборудование невозможно – устройства тохайцев оказались далеки от стандартов Содружества…
Когда Алекс подловил узкоглазого пилота в столовой, тот набивал свое тощее брюхо национальной оширской едой. Сейчас в его тарелке находилось что-то похожее на рисовую кашу с кубиками-тефтелями. Инженер тоже заказал себе подобное, так как хотел пообщаться с Тоши-Сао по поводу девушки.
– Стабильность и процветание! – поприветствовал оширца Алекс.
Реакция желтокожего его изрядно удивила: тот недовольно поморщился. Пилот быстро закончил трапезу, а землянин терпеливо подождал, тоже перекусив.
– Ты хотел увидеть Хитоми? Пойдем!
Каюта оширцев не поражала богатством обстановки – жилой модуль разгорожен ширмой на две половинки; кроме нескольких статуэток священного урша и большой голограммы с каким-то стариком на стене, ничего интересного там не было. Видимо, портрет изображал оширского правителя Мупа Восьмого, поскольку только он мог позировать на фоне пестрого развевающегося флага.
Когда Алекс увидел узкоглазую девушку, у него сразу возникло множество вопросов. Похоже, она находилась в коме, так как на груди у нее виднелся небольшой медицинский модуль – землянин знал, что эта штуковина не могла лечить, однако способна гарантированно поддерживать жизнь в течение десяти дней.
– Доктор, что с Хитоми? – поинтересовался Алекс, навестив медотсек.
– В чем дело? – поднял голову Торн.
– Старый оширец использует портативный модуль, она без сознания.
– И ты молчал?
– Я сам только что узнал. У нее что, есть какие-то способности псиона?
– Она ни разу не проходила обследование. У меня нет никаких данных.
Хотя Тоши-Сао утверждал, что такие приступы у девушки случались время от времени и ничего опасного в них нет, у Алекса доверия к его словам не было. Он собирался раз и навсегда прояснить этот вопрос.
Хитоми тоже могла подвергнуться воздействию артефакта-бублика, следовало как можно скорее запихнуть ее в капсулу и провести диагностику. Для этого он собирался надавить на капитана, так как с упертым оширцем разговаривать бесполезно.
Выходя из медотсека, Алекс почувствовал момент перехода – «Фенир» уже закончил разгон и активировал гипердвигатель, убравшись из системы Нум-Рияд…
Четыре десятка дроидов затаскивали тушу тохайского корабля в ячейку станции «Энжи-3». Одноименная корпорация занималась продажей и модернизацией кораблей, а также торговала модулями. Таниз потратила несколько часов на переговоры с лицами, которые могли выкупить трофейное корыто.
В оширской системе Джейцер имелись несколько десятков ремонтных станций и платформ, занимающихся различным старым оборудованием. Пока что только две из них заинтересовались необычным трофеем.
Менеджер станции «Нано-Патрик» предложил выкупить корабль за полтора миллиона, добавив, что после заключения сделки триста сорок тысяч нужно будет отдать ему лично. Оширцы называли такой финт термином «отпил». Таниз обещала подумать, переговорив с представителями корпорации «Энжи» – у них в системе находились четыре станции.
Алекс подумал, что обряд «отпил» как-то связан со священным уршем, и собирался прояснить значение данного ритуала у Хитоми. Она уже очнулась от спячки и не собиралась объяснять свое состояние. Единственное, что инженер смог узнать, – подобные приступы случаются очень редко. Обследование в медкапсуле узкоглазая проводить отказалась, Торн только развел руками – силой запихивать девушку в капсулу пока указаний не поступало.
Илья предложил подсыпать ей в еду какое-нибудь снотворное и оттащить в медотсек, пока она будет без сознания. Алекс обещал подумать над этим – выяснить, что происходит с Хитоми, собирался, однако к столь радикальным средствам он прибегать пока не хотел.
В отличие от всех остальных, менеджер по имени Эразако прибыл лично, облазив корабль с десятком своих мелких дроидов. Алекс присутствовал при торге – система жизнеобеспечения тоже оказалась ценной – жижу, водоросли и другие изыски биотехнологий были готовы купить две корпорации.
