Небольшая очередь, холодная вода, остужающая руки, но не разум, и я вышла. Не сказать, что мне это сильно помогло успокоиться, но хоть напомнила себе, что надо дома говорить, а не в кафе. Не хватало только шоу устраивать перед посторонними.
Проходя мимо кухни, я заметила одного из официантов, держащего в руках два заполненных тарелками подноса и пытающегося открыть дверь.
Невыполнимая задачка.
Видимо, придя к тем же выводам, он жалобно окликнул:
— Девушка, помогите, пожалуйста!
— Да, конечно.
Придержав ему дверь, я получила поток благодарностей в ответ и только хотела пойти обратно к столику, как почувствовала прикосновение к своим лопаткам и резкую слабость.
— Вам плохо? — лицо официанта с подносами показалось смазанным. — У нас есть аптечка… нет, лучше пойдемте на улицу…
Кто-то суетился вокруг меня, ведя под руки. Официант, все время оборачиваясь, показывал дорогу, а мне стало так плохо, что я с трудом могла думать.
— Сейчас присядете, и станет легче, — повторил официант, и кто-то наклонил мою голову, чтобы я не ударилась о крышу.
Но лучше не стало.
Перед глазами продолжало расплываться, но в лицо ударил воздух, только не свежий, уличный, а другой, чуть припыленный… машинный.
Придерживающие меня руки исчезли, что-то хлопнуло и стало темнее.
— Где…я?.. — прохрипела, пытаясь хоть немного прийти в себя.
Я ощупала сидение — кожа? В машине. Я в машине. Где дверь? Где ручка?
Дверь рядом открылась, пуская внутрь немного света и кого-то живого, усевшегося рядом со мной. Захлопнулась.
Я только нащупала дверную ручку, как что-то щелкнуло.
Замок?
— Поехали, — хмуро произнес мой сосед. — Она начинает приходить в себя.
Кто начинает?.. Я?..
Погодите.
Куда поехали?!
«С потолка обязательно должна капать вода», — это первая осознанная мысль, которая пришла ко мне в голову.
Почему вода? Почему с потолка, а не из крана…
«А еще пахнуть затхлостью».
Да нет же… Обычно пахнет. Кажется, блинчиками…
Откуда-то слышались новости, зачитываемые жизнерадостным голосом, которые вскоре сменились на прогноз погоды.
Радио, что ли?
Но у меня нет радио. Может, Дайнар включил с компьютера?
Я открыла рот, чтобы уточнить, с каких пор его волнует погода, но вдруг поняла, что не могу этого сделать.
Губ касалась чуть шершавая ткань.
Я дернулась, чувствуя, как по спине пробежался неприятный холодок, а руки занемели.
Нет, правда, онемели. Почему я не могу их поднять?
Глаза. Как можно было забыть, что я могу осмотреться?!
Попыталась их открыть, но ничего не увидела. Что за?..
Воздуха, категорически не хватало. Стало слишком жарко, слишком душно, слишком… слишком.
— Что за возня?.. — усталым басом произнесли издалека, а я попробовала сесть, отползти, откатиться…
Безрезультатно. Как лежала, так и продолжила. Бревно в постели. Вот ты какое…
Тяжелые шаги приближались ко мне, а я начала задыхаться от накатывающей паники.
Да что за ерунда?! Я сплю?
— Смотри-ка. Пришла в себя, — надо мной хмыкнули, а я замычала. — Тише, тише. Не трону, не боись.
Вот прямо легче стало! Я же дура доверчивая. Каждому слову верю!
— Да успокойся. Первый раз, что ли? — меня похлопали по руке, отчего я опять замычала и, кажется, даже чуть-чуть сдвинулась с места. — Да замолкни ты… Перестанешь мычать, сделаю так, чтобы ты могла видеть. Договорились?
Я кивнула, потом подумала и кивнула еще раз. Лучше видеть. Лучше знать, что ждет…
На лоб мне опустилась огромная ладонь, а я вся сжалась. Не тронет, да?..
Но дальше лба рука никуда не двинулась. Полежала там некоторое время и…
И я поняла, что все это время лежала с открытыми глазами. Жуткое осознание.
Даже страшнее того, что какой-то огромной мужик склонился надо мной с понимающей улыбкой… Ладно, вру. Не страшнее…
— Ну, как. Стало легче? — он вновь хмыкнул, окинув меня взглядом, и… и поправил мою юбку.
Сердце билось просто в нереальном режиме, взгляд заметался по комнате, вроде осматривая, пытаясь найти лазейку, понять, где я, но ничего не видя.
Светлая комната, советский шкаф во всю стену, бежевые с цветочками обои, белый потолок с плинтусами. Несуразная люстра-канделябр… Зачем она мне, как поможет? Да что вообще поможет?..
Смотреть на мужчину с широким мясистым носом, густыми бровями и доброй улыбочкой было гораздо страшнее, чем на дурацкую люстру, но люстра молчала, а вот мужик заговорил, приковывая взгляд.
— Не боись. Побудешь здесь пару деньков, и мы тебя отпустим.
«Зачем?! Зачем я вообще здесь?», — хотелось мне крикнуть или шепнуть, но мужик мысли не читал.
Он вновь похлопал меня по плечу и встал в полный рост.
— Веди себя хорошо. Подумай пока о жизни, о важном. Осознай что-нибудь. Вечно люди куда-то несутся, а на важные выводы времени нет. Но тебе повезло. Вот два денька так полежишь, может, чего в жизни поменяешь.
Под моим ошарашенным взглядом этот доморощенный философ улыбнулся и пошел к выходу из комнаты.
Через пару секунд за стенкой раздался звон посуды, а радио заговорило чуть громче.
Что это было?! Что, черт возьми, вообще происходит?!
Я подняла глаза к потолку.
Дернулась раз, другой, но эффекта не было.
Вздохнула.