Нагаш оказался в широкой пещере с низким потолком, которая кишела визжащими и пищащими крысолюдьми. Выжившие пытались спрятаться за стоящими наготове воинами, распространяя панику в их рядах. В пещере стоял невообразимый шум – командиры угрожающе кричали на своих воинов и били их плоской стороной мечей, чтобы привести в чувство. Кто-то свистел в костяные свистки, а какофонию дополнял грохот медных гонгов.
Некромант остановился, чтобы оценить обстановку. Ближайшие из его воинов-мертвецов находились на шесть ярусов над ним. Он углубился во владения врага – возможно, даже дальше основной армии крысолюдей. Одной молниеносной атакой он приставил к горлу врага его собственный нож. Впервые за несколько десятилетий он почувствовал, что победа почти в его руках.
С торжествующим криком Нагаш обратился к силе горящего камня и обрушил на крысолюдей огненный дождь. Он надвигался на ошеломленную орду, а позади него выстраивались его воины, формируя отряды солдат с мечами и топорами наперевес. За общим шумом Нагаш смутно слышал, как Брагадх и Тестус выкрикивали свои приказы; ненависть к крысам так сильно проникла в души варваров, что они забыли о своих распрях и готовились вместе атаковать захватчика.
За спиной Нагаша нарастал глухой грохот – один за другим северяне вставали на изготовку, и стук мечей и топоров о деревянные щиты с бронзовыми краями становился все громче. Варвары, покрытые синими татуировками, изливали жажду крови в оглушительном рыке. Как и тысячи лет назад, северяне готовились к атаке не под звуки горнов, а под громкое военное песнопение.
Волна варваров с криками и грохотом оружия пронеслась мимо Нагаша и врезалась в ряды крысолюдей. Широкоплечие воины ростом на голову превосходили своих противников; размашистыми ударами они вдребезги разбивали щиты и хрупкие мечи крыс. Они устроили бойню с таким же энтузиазмом и напором, как Нагаш. Брагадх со своими избранными воинами оказался в самой гуще сражения, проливая кровь врагов с каждым взмахом клинка. Некромант шел немного позади, продолжая посылать огненные заряды в плотную толпу омерзительных существ.
Крысолюдей, которые уже и так не надеялись па спасение, буквально размазало атакой варваров. Начался настоящий разгром: напуганные воины бросали оружие и расталкивали своих сородичей, чтобы убежать от наступающих северян. Орда распадалась на глазах Нагаша – крысолюди умирали или бежали в сомнительные укрытия коридоров в дальнем конце пещеры. Северяне безжалостно преследовали их, и рукопашная схватка все дальше уходила от некроманта. Тем временем в пещеру продолжало прибывать подкрепление. Нагаш остановился, чувствуя, как жажда крови утихает, и попытался оценить результаты сражения. Теперь у него было два варианта действий: он мог приказать своим воинам либо отрезать крысолюдей на верхних ярусах, либо углубиться в гору, чтобы продолжить наступление и, быть может, схватить самого командующего вражеской армией.
Он размышлял над своим решением не больше секунды, но эта секунда спасла его.
В пещере раздалось оглушительное шипение, какой-то свистящий звук, будто из дюжины медных котлов одновременно вырвался пар. Яростное зеленоватое свечение наполнило воздух в дальнем конце подземелья, и воинственные кличи северян превратились в крики ужаса и боли.
В одно мгновение атака варваров подошла к сокрушительному концу. Странный свистящий звук повторился, после него послышались новые крики и пронесся горячий ветер, который нес с собой тошнотворно сладкую вонь обугленной плоти. Мерцающее свечение приближалось, проникая в ряды людей Нагаша.
Толпа северян, окружавшая Нагаша, начала отступать к отвоеванному туннелю. Люди кричали, проклиная более медлительных товарищей на своем северном наречии. Некромант в гневе пытался протолкаться через толпу убегающих воинов в поисках причины паники.
Впереди показалась неясная фигура – Брагадх с залитым кровью лицом и вытаращенными глазами. Он кричал что-то на своем языке, потом опомнился и перешел на неехарский.
– Назад, хозяин! – кричал он. – Бегите назад…
Не успел Нагаш ответить, как вопли возобновились с новой силой, стали оглушительнее и ближе, и некромант увидел, как северяне, следовавшие за Брагадхом, растворились в ревущем потоке зеленого пламени.
Он собственной кожей ощущал в этом огне колдовскую силу. С ужасающей скоростью она разъедала броню, одежду и плоть.
Будто язык пламени из пасти дракона, огонь со свистом отхлынул назад, оставляя за собой только обугленные трупы северян. Изумленный некромант понял, что голодное пламя вырезало в рядах его воинов огромную брешь, оно вырывалось из четырех сооружений из дерева и бронзы, расположившихся в дальнем конце пещеры.
Каждое устройство размером с большую военную колесницу было закреплено на деревянном помосте на двух колесах с бронзовой окантовкой. Вместо лошадей это сооружение тащили за собой четыре здоровенных крысочеловека, их головы были продеты в крепкие деревянные хомуты. На деревянном помосте стоял бронзовый котел, изогнутые края которого отсвечивали жаром.
