- Приложу все свои силы, майор, - произнес он с саркастической интонацией.
Даллесон провел своим толстым указательным пальцем по записи в журнале.
- За какое время это донесение? - резко спросил он.
- За ноль тридцать - час тридцать.
- Почему же вы тогда так записываете? Черт возьми, ведь вы же записали донесение за период с двадцати трех тридцати до ноля тридцати. Неужели вы даже прочитать не можете? Разве вы не знаете, который сейчас час?
Копируя донесение, Хирн повторил и время, относившееся к предшествующему донесению.
- Простите, - пробормотал Хирн, злясь на себя за допущенную ошибку.
- А что еще вы собираетесь сделать с этим донесением?
- Не знаю. Раньше таких обязанностей я не выполнял.
- Ну тогда слушайте. Я объясню вам, - самодовольно сказал Даллесон. - Если пошевелите мозгами, то поймете, что это - боевое донесение, и поэтому, записав его в журнал и сделав пометку на карте, вы должны внести донесение в картотеку для периодических донесений, которые составляю я. Потом, когда я это донесение отправлю, а это будет завтра, вы должны собрать все донесения за минувший день и положить их в историческую картотеку. Поручите писарю снять копию с донесения и вложите ее в журнал боевых действий. Не так уж сложно для человека, окончившего колледж, правда, Хирн?
Хирн пожал плечами.
- Но в донесении ничего нет. Зачем же все это? - Хирн улыбнулся, наслаждаясь возможностью нанести ответный удар. - Это бессмысленно, по-моему.
Даллесон пришел в ярость. Он бросил сердитый взгляд на Хирна, его розовые щеки потемнели, губы сжались. Струйка пота пробежала к глазу и скатилась на щеку.
- Значит, бессмысленно. Для вас это бессмысленно, - повторил Даллесон. Подобно толкающему ядро спортсмену, который подпрыгивает на одной ноге, чтобы использовать инерцию своего тела, Даллесон повернулся к Стейси и сказал: - Для лейтенанта Хирна это бессмысленно. - Стейси неловко переступал с ноги на ногу, пока Даллесон подыскивал насмешливые слова. - Вот что я скажу вам, лейтенант, возможно, есть много бессмысленных вещей, возможно, для меня бессмысленно, что я солдат, возможно, нелепо то, что вы офицер, очень может быть, все это и бессмысленно, - продолжал Даллесон, повторяя слова Хирна. - Может быть, мне хотелось быть кем-то иным, а не солдатом, лейтенант. Может быть... - Даллесон поискал слово позлее, но вдруг, сжав изо всех сил кулак, крикнул: - Может быть, для меня было бы естественнее быть поэтом!
По мере того как Даллесон выпаливал эту тираду, Хирн все сильнее и сильнее бледнел. На какой-то момент он даже потерял дар речи. Он был взбешен и поражен тем, как реагировал Даллесон на его слова. Хирн проглотил слюну, схватился за край стола.
- Спокойнее, майор! - произнес он.
- Что?!
В этот момент в палатку вошел Каммингс.
- Я искал вас, майор, и подумал, что вы здесь.
Голос Каммиыгса звучал отчетливо, ясно и совершенно бесстрастно. Даллесон сделал шаг назад и вытянулся, будто по команде "смирно".
- Слушаю вас, сэр.
А Хирн злился на себя за то, что почувствовал облегчение, когда разговор с Даллесоном прервался.
Каммингс поглаживал рукой подбородок.
- Я получил сообщение от одного из моих друзей в ставке главнокомандующего. - Он говорил каким-то бесстрастным тоном, как будто дело его вовсе не касалось. - Его только что принесли из узла связи.
Объяснение прозвучало неуместно. Странно, что Каммингс повторялся. Хирн с удивлением смотрел на него. "Генерал расстроен", - понял он. Хирн все еще стоял вытянувшись, он весь вспотел - настолько неприятно было ему присутствие генерала, сердце билось учащенно. Ему было трудно находиться рядом с Каммингсом.
Генерал улыбнулся и закурил сигарету.
- Как дела, Стейси? - спросил он писаря.
- Спасибо, сэр, отлично.
Это было одной из особенностей Каммингса. Он всегда помнил фамилии рядовых, с которыми ему доводилось говорить хотя бы раз или два.
- Послушайте, майор. - Голос Каммингса все еще оставался бесстрастным. - Боюсь, что ваша работа над операцией "Кодэ" была напрасной.
- Не дают кораблей, сэр?
- Боюсь, что да. Мой приятель сообщает, что шансов почти никаких. - Каммингс пожал плечами. - Мы начнем операцию "Планжер", как планировалось. Только с одним исключением. Мне кажется, мы должны прежде всего захватить охранение на участке девятой роты. Подготовьте приказ Тэйлору начать атаку утром.
- Слушаю, сэр.
- Давайте посмотрим. - Каммингс повернулся к Хирну: - Дайте мне, пожалуйста, карту, лейтенант.
- Сэр?
- Я сказал: дайте мне карту. - Каммингс снова повернулся к Даллесону.
- Эту?
- А разве есть еще? - резко спросил Каммингс.
Карта была прикреплена к чертежной доске, и сверху на ней лежала калька. Доска с картой была нетяжелая, но очень большая, и переносить ее оказалось неудобно. Хирн, неся доску, не видел пола и поэтому ступал осторожно. Он вдруг сообразил, что незачем было переносить доску с картой. Каммингс мог бы подойти к ней сам, кроме того, он знал карту наизусть.
- Побыстрее! - рявкнул Каммингс.
В тот момент, когда Хирн приблизился к генералу, черты Каммингса предстали перед его взором как бы в увеличенном масштабе.
