— Именно так. Здесь работает принцип опознавания «свой-чужой», — Никита соединил указательные пальцы друг с другом. — У Матео Висконти был доступ к ауре своей напарницы, как и у неё — к его «куполу». Это так называемый «парный ключ». Но теперь баронесса, со всей уверенностью утверждаю, уничтожила артефакт и создала другой.
— А пробовали у Матео выявить секрет доступа?
— У него не было никаких амулетов и артефактов, — качнул головой волхв. — Прихожу к мысли, что «ключ» — это некий энергетический скрипт, разрушаемый при малейшей опасности. Висконти был единственным человеком, через которого мы могли выйти на тайное убежище любовницы. Осталось только уповать на чувства Стеллины. Если она очень привязана к напарнику, то обязательно придёт. Только я не знаю, когда это произойдёт: через неделю или через год.
— Не хотелось бы растягивать это сомнительное удовольствие на такой срок.
— Она должна клюнуть, — убеждённо сказал Никита.
Операцию разрабатывали совместно с ИСБ и контрразведкой. Суть ловушки заключалась в том, что в нужный момент по тайным каналам британской или ватиканской разведки уйдёт информация, что Висконти и агента Маккартура в скором времени перевезут из Шлиссельбургской крепости в засекреченную тюрьму такого уровня, что туда невозможно будет проникнуть ни через Изнанку, ни через Инферно, не говоря уже об обычных попытках вытащить пленников с помощью вооружённого нападения на узилище. Теперь всё зависело от агентов, которые должны подбросить информацию в нужные руки, причём, по разным каналам, чтобы не возникло подозрения, что в игру вступили русские спецслужбы.
— Надеюсь, — Владислав простучал пальцами по подлокотникам незамысловатую дробь. — Всё хочу спросить. Какие у тебя отношения с Шереметевыми и Волынскими? Особенно с последними. Не пакостят? Я очень беспокоюсь, что после лишения Рода Волынских звания поставщика Двора Его Императорского Величества они затаят на тебя злобу. А ты ведь формируешь боевой клан. Представляю, какая оплеуха прилетит нашим аристократам, если они тебя попробуют куснуть.
— Главы Родов — люди разумные, — пожал плечами Никита. — А вот Велимир Шереметев и Борис Волынский — они со мной в контрах. Пока их держат за руку отцы, ничего не произойдёт.
— Они не старшие сыновья, — напомнил Владислав.
— Есть много способов взять власть в свои руки. Нет, я уверен, что никто из них не пойдёт на конфронтацию. Побоятся.
— Демонов? — улыбнулся цесаревич.
— Они же должны понимать, насколько я превосхожу их в боевом и магическом оснащении. Демоны — это оружие сдерживания. А вот свою Силу я демонстрирую только на врагах. Как бы это передать всем аристократическим Родам, мягко и ненавязчиво.
— Попробую уговорить князя Балахнина провести с ними вразумительные беседы, — кивнул Владислав. — А ведь ты скромно не упомянул Орден Гипербореев, который возглавляешь с некоторых пор.
— Орден — структура военная, в первую очередь он обязан защищать страну. Но в случае внутренней опасности, грозящей смутами и переворотами, я, как Князь, имею право использовать его для защиты престола. Ну и о своей семье забывать не стоит. В таком случае Орден начнёт войну против кланов, вступивших с Родом Назаровых в войну.
— Спасибо, Никита, — кивнул Владислав, просветлев лицом. — Ты всё предельно ясно объяснил. Я тебя поддержу, если кто-то вздумает выступить против тебя. Тем более, твоя старшая жена — моя сестра. Как девчонки друг с другом уживаются?
— В первую очередь я стараюсь уделять всем внимание, — Никита вздохнул с таким видом, что цесаревич рассмеялся.
— Ну, не прибедняйся! Судя по цветущему виду твоих красоток, ты никого не обижаешь. Хотя… я тебя немного жалею. Взвалил ты на себя ту ещё ношу.
Мужчины, не сговариваясь, рассмеялись. Владислав хлопнул ладонями по своим коленям и встал, показав знаком Никите, чтобы тот оставался на месте. А сам стал расхаживать возле окон, засунув руки в карманы идеально выглаженных брюк.
— Помнишь, ты предупреждал, что готовится покушение на членов семьи Меньшиковых? — на ходу спросил цесаревич, не замечая, что Никита кивнул согласно. — Как бы ты поступил, узнав, что твой родственник готовит за спиной ужасное преступление?
— Ради короны на голове предатель никогда не гнушался пустить под нож весь Род, — пожал плечами Никита, хорошо понимая, на что намекает Владислав. — А как бы поступил? Не знаю, это вам решать. Я считаю, было ошибкой возвращать Великого князя Михаила Михайловича обратно в нашу Явь. Но кто я такой, чтобы указывать императору?
— То есть ты подозреваешь моего младшего дядю? — остановился Владислав, и прищурившись, посмотрел на свояка. — Заметь, я не называл имени.
— У меня нет оснований для таких обвинений, — спокойно ответил Никита. — Но я доверяю своим информаторам. Ваш Род в большой опасности. Теракт в клубе был направлен на тебя, Ваше Императорское Высочество. Враг попытался выбить одно из звеньев.
