— Как вы собираетесь освобождать моего брата? — довольно бесцеремонно прервал Никиту Исмат, чем заслужил неодобрительный взгляд отца. — У вас мало людей, нет знакомых, которые помогли бы выйти на похитителей. Или вы думаете, что сможете своим авторитетом уговорить негодяев отдать вам заложников? Не воевать же вы туда едете?
Фархад едва слышно фыркнул, но в силу своего жизненного опыта даже не попытался осадить молодого (по своим меркам) нахала. Зачем? За него это сделал отец Исмата.
— Угомонись, сын, — голос Юсуфа заледенел. — Не суди человека по его внешнему виду и людям, его окружающим. Ты плохо подготовился к встрече. Это я виноват, что позволил тебе вступать в беседу. Помолчи, хорошо?
— Да, отец, — сжал губы Исмат.
— Спасибо, — старый адвокат посмотрел на волхва, уже отставившего пиалу. — Прошу прощения, Никита Анатольевич, за недостойное поведение моего сына. Он волнуется за брата. Видели бы вы, как он искал необходимую сумму, вынужденно принимая не самые лучшие условия для выплаты долга. Ночами не спал, но собрал деньги. И сам хочет лететь в Багдад.
— Я понимаю ваши душевные муки, таксир Юсуф, — Никита не собирался раздувать проблему из необдуманных слов Исмата, старше на два с лишним десятка лет самого барона. — Давайте забудем. Я всего лишь хочу иметь на руках достоверную информацию о заложниках. Сами понимаете, сколько времени уйдёт, прежде чем я установлю точное местонахождение княжича Бориса и Шавката.
— Увы, у нас такой информации нет, — вздохнул Шарыпов.
— Моя просьба может показаться довольно странной, — Никита переглянулся с Фархадом и Урманом, молча ждущих развязки. Каримовы что-то почуяли, оживились. — Только не обижайтесь.
— Какая может быть обида, если на кону жизнь сына? — воскликнул Юсуф. — Говори, дорогой, что нужно? Всё сделаю!
— Мне нужна личная вещь Шавката. Рубашка, носовой платок, носок, перчатка — в общем, любой предмет, несущий ауру хозяина.
— О-ооо! — выпрямился адвокат, в его глазах вспыхнула надежда. — Кажется, я понял, как вы собираетесь искать моего мальчика! Вещь должна быть со взрослого человека?
— Лучше всего — да, — подтвердил Никита. — Аура человека, конечно же, остаётся неизменной, но я бы предпочёл вещи, которые чаще всего носились в последнее время
— Исмат, позвони матери и попроси её найти рубашку Шавката, ту, самую любимую, в крупную шотландскую клетку.
— Да, я помню, — Исмат вскочил на ноги.
— И скажи, чтобы Файзулла лично привёз её сюда. Пусть поторопится, — приказал отец.
— Рубашку положите в пакет, чтобы к ней никто не прикасался, — напомнил волхв уже в спину Исмату, рванувшему куда-то в сторону выхода.
В какой-то момент мудрый Фархад взял на себя роль человека, умеющего заполнить тягучее в ожидании время, и стал расспрашивать Никиту о жёнах, о своей «маленькой Аноре». Коснулись темы противостояния с Ордосом. Адвокат слушал с интересом. Человек, сидящий рядом с ним, раскрывался совсем в иной ипостаси, и выходка Исмата казалась теперь вопиющим безобразием. Когда Фархад Каримов рассказал Юсуфу, что есть человек, способный в одиночку решить большинство проблем, он не поверил. Да и претензии Исмата понимал. Взять в поездку двух человек — не самое лучшее решение даже для мага высшего ранга. В Халифате тоже неслабые чародеи. В одиночку против них разумный человек не пойдёт. Какой план у Назарова? Как он собирается спасать Шавката?
Сомнения снова одолели Юсуфа, хотя он и гнал их прочь. Ведь помог однажды молодой русский Фархаду!
К столу подошёл один из охранников адвоката и доложил, что подъехал Файзулла. Исмат по знаку отца пошёл за посылкой, которую привёз родной брат. Вернулся он один, неся в прозрачном пакете аккуратно сложенную рубашку в крупную разноцветную клетку.
— К рубашке прикасалась только матушка, — пояснил он, передавая пакет Никите. — Надеюсь, это не помешает вам в поисках Шавката?
— Женскую ауру от мужской отличу, не переживайте, — успокоил его волхв. — В таком случае я бы хотел вернуться к самолёту. Пора дальше двигаться.
— А это… поможет? — после заминки спросил Юсуф, кивая на пакет.
— Поможет, — ответил Никита. — И очень значительно сократит время поисков. А где ваш сын — там и княжич Волынский. Просьба к вам, уважаемый Исмат: не надо сломя голову лететь в Багдад. Лучше отдайте деньги тем людям, у которых вы занимали.
Обратно ехали молча, погружённые в собственные мысли. Никиту подвезли к трапу бизнес-джета, Каримовы тепло попрощались с ним, а Шарыповы обошлись рукопожатием. Во взгляде Исмата недоверие так и не исчезло, и это обстоятельство могло существенно навредить делу. Как бы не проигнорировал просьбу, и не рванул в Багдад самолично.
— Таксир Юсуф, можно вас на минуту, — волхв аккуратно взял под локоть адвоката и отошёл с ним в сторону, незаметно набрасывая «полог тишины». — Пожалуйста, проследите за Исматом, чтобы он не наломал дров. Не нужно ему ехать. Как только мы освободим заложников и окажемся за пределами Халифата, я свяжусь с вами лично. Обменяемся номерами?
