Гудение перерастало в рев, и ветер хлестал меня волосами по лицу. И на секунду... на крохотную секунду, я почувствовала себя хорошо. Беспокойство ушло и до меня внезапно дошло, где я находилась и что делала. Я находилась в великолепном городе Европы, где большинство людей не говорят по-английски. Железнодорожная станция была такой великолепной, что было легко представить себе, какой роскошной она была, когда ее только построили. Здесь был обширный, оживленный мир и я была частью него.
Конечно, я понятия не имела, что делала со своей жизнью или чему в этом мире я принадлежала, но все-таки я была его частью. Я оставила следы на глобусе и, хотя их не видно, и они, безусловно, ничего не значат, я знала, что они были. И на данный момент этого достаточно. Должно быть достаточно.
Поезд остановился, ветер утих, а с ним и проблеск чего-то большего.
Этот момент был мимолетным, но рассказал мне что-то важное. В этом сумасшедшем мире есть надежда, если я смогу продолжить защищать ее от тьмы.
Мой поезд приехал за несколько минут до времени в расписании. Я взяла рюкзак, и последний раз осмотрела платформу в поисках Дженни и парней.
Я их не увидела, но, может, смогла бы найти их, как только мы приедем на станцию в Праге.
Я ступила с платформы на ступеньки, ведущие в поезд. Проводник помог мне пройти в мое купе. Я открыла дверь и прошла в узкий проход, задев его своим неповоротливым рюкзаком. Купе состояло из шести спальных мест, которые размещались у стен в виде двухъярусных кроватей. С каждой стороны по одной, с подушкой и одеялом. Я проверила билет и выяснила, что мое место на одном из средних спальных мест. Меня не радовало забираться на это место. Между этими двумя полками было всего около двух футов. Недостаточно места, чтобы сидеть, и мне не хотелось разбить голову о спальное место над собой.
Теперь, когда я понимала, где находилась, то вышла из своего купе, следуя за потоком людей, которые искали свои места. Я заглядывала в открытые двери, проверяя знакомые лица. Я прошла практически по всей длине поезда, прежде чем прозвучало объявление сначала на венгерском, но мне не пришлось дожидаться перевода, чтобы понять, что оно означало. Мы уезжаем. И я все еще нигде не видела Дженни или парней.
Я собиралась развернуться и пойти обратно в купе, когда услышала шум. Поезд начал двигаться, но проводник все еще находился у двери, выкрикивая что-то на венгерском.
Пока я смотрела, за рукоятку у ступенек уцепилась рука и в поезд запрыгнула бегущая фигура. Человек протянул билет проводнику и, после того, как они несколько секунд поговорили, выступил на свет.
Небольшая часть меня думала, что, может, это был Тау или Джон, а остальные запрыгнут в медленно движущийся поезд в любую секунду.
Это было не так.
Но лицо все равно было знакомым.
Поезд набрал скорость, и мне пришлось подпереть стену, чтобы не упасть. Он закончил засовывать билет в карман своих темных джинсов, висящих низко на бедрах, а затем его глаза встретились с моими.
Хант.
У меня было сильное желание убежать. Или кинуться в его руки.
Он двинулся вперед, поднимая руку к потолку, чтобы удержать равновесие.
— Ты ушла, — сказал он, его выражение лица было обеспокоенным.
— Я что?
— И оставила это.
Он снова полез в карман и достал мой сотовый.
Я потянулась к нему.
— Откуда ты его взял?
— Ты оставила его в своей комнате.
— Что?
Моей комнате? Комнате отеля?
Он передал телефон мне и сказал.
— Я пришел днем, чтобы проверить тебя, но ты уже ушла. Я пошел в твое общежитие, но оттуда ты тоже уже ушла. Мне повезло, и я столкнулся с Дженни и Тау в баре у общежития. Они сказали, что ты сегодня ночью уезжаешь в Прагу.
Я все еще застряла на первом предложении.
— Ты пришел...
Он был там прошлой ночью. Он мог рассказать мне, что произошло. Он определенно был связан с тем, что я оказалась в этой комнате отеля. Он заплатил за номер для меня? Как мы перешли от спора к его заботе обо мне? Пустота в моей голове выводила меня из себя.
Он приподнял брови, его загорелая кожа на лбу покрылась складками.
— Ты не прочитала мою записку, верно?
Мне даже не пришлось ответить, прежде чем он сам все понял.
— Черт побери. Извини, Келси. Я думал, что ты увидишь ее возле кровати.
Он подошел ближе, пока я не смогла бы протянуть руку и провести пальцем по обнаженному участку кожи, который показывался каждый раз, когда он удерживал равновесие с помощью стены или потолка.
— Ты должна была остаться. У меня и в мыслях не было, чтобы ты проснулась растерянная и напуганная.
— Я не была напугана.
Я продолжала смотреть ему в глаза и мои губы не дрожали. Мой голос был спокойным и ровным.
Он молчал, его рот все еще был открыт, чтобы сказать то, что планировал.
— Келси... тебе не стоило это делать.
— Делать что?
Я отвела взгляд, нервничая от того, что он, казалось, видел меня насквозь.
— Я обещал тебе, что останусь, чтобы ты не проснулась в незнании, что произошло. И я собирался остаться, просто... извини.
Если бы он был там, я бы не испугалась. Я бы совсем не думала о прошлом.
— Почему не остался?
Он прочистил горло и почесал шею.
