Вернувшись в квартиру, Джар даже испытал разочарование, не обнаружив в ней следов постороннего проникновения. Все книги были на полках, каждая на своем месте. Гитара, как лежала, так и лежит под кроватью. Джар уже собирался вытащить ее, как вдруг вспомнил про фотокарточку, выпавшую из книги в ту ночь, когда в его квартиру кто-то вторгся. Он подошел к полке и достал ее из томика «Поминок по Финнегану». «А Роза постарела, – осознал Джар. – Вчера она выглядела совсем другим человеком».
Джар налил себе «Йеллоу Спот» – один из любимых напитков отца. Он не будет звонить ему по поводу своей корнуоллской встречи. Пока не будет. Джар знал, что рассказ о ней только расстроит старика – тот решит, что он не справляется со своим горем. И Эми звонить он тоже не будет. Она и так уже вся растревожена; да и сам Джар хочет выяснить как можно больше до разговора с ней.
Закупорив бутылку виски, он достал из кармана куртки палаточный колышек и положил его на кухонный стол. Клочок материи с растительным узором сильно обтрепался, а сам колышек был слегка выгнут в середине. «Интересно, Роза выругалась, когда он попал на твердый как гранит камень в корнуоллской почве и погнулся? Она, как и все, умела ввернуть крепкое словечко», – улыбаясь самому себе, Джар мысленно возвращался к тому эпизоду, когда замерзшая до мозга костей Роза выходила из реки Кам, а он старательно отводил глаза в сторону.
Звонок.
– Как прошла поездка в Корнуолл?
Шотландский акцент Майлза Като Джар узнал моментально. Откуда, черт возьми, у него этот номер? Наверное, кто-то из его людей пообщался с Морвой, после того как он сел в поезд.
– Джар, я прилагаю все усилия, чтобы исключить вас из числа подозреваемых в нашем расследовании по делу Мартина, – продолжал Като. – Но вы всячески усложняете это. Вы получали какие-нибудь известия от Антона?
Слушая Майлза, Джар провел пальцами по полкам, выравнивая книги, а потом застывает по стойке «смирно».
– Как вы узнали этот номер? – спросил он.
– Я – полицейский, Джар.
«Хороший полицейский, – думал Джар. – Цепляется за свой сценарий как пиявка». Ему вспоминились предостерегающие слова Розы в ее электронном послании:
– Мы теперь полагаем, что Мартин может быть причастен к съемкам видео со сценами мучений и пыток, – продолжал Като.
«С каждым днем их легенда прикрытия становится все более и более нелепой. Почему бы не обвинить Мартина в чем-нибудь более правдоподобном, например – в нездоровом интересе к битникам? Или в пристрастии к Страве?»
– Я знаю, кого я видел вчера в Корнуолле, – сказал Джар.
– Еще одна ваша галлюцинация?
– Может, хватит? – Джар уже не скрывал своего раздражения. Притворство Като слишком затянулось.
– Не пытайтесь снова сбежать от нас. И позвоните мне по этому номеру, как только свяжетесь с Антоном. Да, и примите мои извинения за компьютер. Обычная процедура. Мы вернем его вам.
Выйдя на балкон, Джар устремил свой взгляд на Канэри-Уорф Тауэр, мерцающую огнями в ночи. Живущий этажом ниже фотограф Ник играл на своем саксофоне. Если бы только его селфи с Розой, сделанное вчера на мысе, дошло до Карла! Вернувшись мыслями к электронным посланиям Розы, Джар достал мобильник.
– Это Джар, Джарлаф Костелло. Все еще работаешь? – Он очень надеется, что застал Макса Иди в его офисе. Во многих окнах башни все еще горел свет.
– Я всегда работаю, круглые сутки. Ты же читал мой веб-сайт. Где ты был? Я битых два дня пытался до тебя дозвониться.
– Мы можем встретиться? За эти два дня многое произошло.
– Твой лифт не работает, – брюзжал Макс. – Пришлось подниматься по лестнице, а там, между прочим, сильно воняет верблюжьей мочой.
– Выпьем что-нибудь? – спросил Джар, закрывая за Максом дверь. Странный несобранный вид бывшего репортера обескураживал Джара. На какой-то момент он не на шутку испугался за психическое здоровье этого человека.
– Выпьем… только не воду, а вот это, – отозвался Макс, жестом показывая на бутылку виски, стоящую на столе. – Что у тебя с головой?
– Макс, я видел Розу. – Подливая себе виски, Джар спешил перейти к сути дела. – Вчера, в Корнуолле.
Макс ответил не сразу. Его лицо стало более серьезным, почтительным. Расхлябанность улетучилась.
– В самом деле?
– Да. И это не была моя очередная галлюцинация, как ты, может, подумал.
– А где именно в Корнуолле?
