— Ясно. Хобот свой держи при себе, слон, а то… — тяжелым взглядом Сергей пообещал все кары небесные брату, скривив красивые губы в нехорошей улыбке, наклонился к матери и негромко произнес:- Горелым пахнет. Мам, Маш, в духовке сгорело что-то.
— Мясо! — ахнула мама, и они на пару с Машей "испарились" в сторону кухни, оставив на нас принюхивающуюся бабулю.
Я освободилась от объятий Шалого и отступила в сторону, втянула ноздрями воздух, не почувствовав никакого подозрительного запаха. Сергей специально обманул, удалив подальше лишние уши. Кажется, нас с Романом ждала грандиозная разборка. Хотя почему нас? Я ни в чем не виновата. Идея целиком Романа, а я так…жертва.
— Сереюня, чего выдумал-то! Не пахнет ничем. Зачем мать переполошил. Вытащили мы гуся-то! Ох, уж ваши вечные проказы, — укорила внука бабуля, погрозив ему пальцем.
Закусила губу, чтобы не фыркнуть с бабулиного "Серюня".
Сергей извинительно улыбнулся бабуле, заметно успокоившись, перестал сверлить меня взглядом, переключившись на брата.
— Роман, проводи бабулю в комнату. Нам с Дарьей Александровной поговорить надо, — он выразительно посмотрел на Ромушку.
Роман выдержал взгляд, глянул на меня, что-то для себя решив, подмигнул бабушке, что растерянно смотрела на обоих внуков.
— Командовать будешь у себя в офисе, — огрызнулся на брата. — Даша, раздевайся. Я обещал тебе горячий чай. Будет чай. Заболеть тебе не дам.
— Роман Ал… Роман, я в порядке. Я лучше пойду, — выдавила из себя, запахивая плащ.
Не хотелось становиться причиной ссоры братьев. А к этому шло. Мне же это так не простят. Пусть я не увижу мальчика, но сохраню свою работу. А случай еще представится. Предчувствия шептали, что ситуация накалилась, последствия для меня могут быть самые неблагоприятные.
— За мной, Даша! Никаких "пойду"! — повелительно рявкнул Роман. Повернулся к бабуле, с интересом наблюдающей за происходящим. — Пойдем, бабуль, наливочку твою дегустировать, — обнял старушку за плечи и повел в комнату.
— А Дашу-то свою чего же оставил? — переполошилась Анна Николаевна, заметив, что я осталась там, где была. — Невесту негоже вот так бросать на брата.
— Не переживай, ба, она догонит, — уверил бабушку Роман, исчезая в комнате.
— Максимушка сегодня не с тобой? — доносится до меня из комнаты.
— Нет, бабуль, у него Олимпиада. Он заедет к тебе на следующей неделе. Мы оба заедем.
Мы с боссом остались одни. Подняла на него взгляд, и захотелось… чаю горячего. Только заметила, что меня бьет крупная дрожь. Исключительно из-за мокрой одежды, а вовсе не потому, что в шаге от меня стоит босс при всем параде, источает аромат дорогого парфюма и сверлит меня взглядом с высоты своих метра девяносто.
Куда делось мое хваленное самообладание. Руки трясутся, как у алкоголика со стажем. Максима сегодня не увижу, здесь мне больше делать нечего. Пора уходить, а Роман уж как-нибудь объяснит мой уход родным.
— Я, пожалуй, пойду, — одной рукой пытаюсь застегнуть пуговки плаща.
Пальцы слушаются плохо, Чувствую себя нашкодившим ребенком перед грозным родителем. Щеки горят, по телу разливается жар. Это от начинающейся простуды, а вовсе не потому, что босс берет меня за руку, успокаивая. Моей ледяной коже его пальцы, поглаживающие чувствительную кожу на запястье, кажутся обжигающими.
— Как это понимать, Дарья Александровна? — начинает мягко.
— Что это? — не поняла я, пытаясь выдернуть пальцы.
— Признания Романа, что вы его девушка, — руку он и не думает отпускать, продолжая нехитрую ласку. — Не просто девушка, почти невеста.
Откашливаюсь, чтобы голос не дрожал.
— Вам не кажется, что об этом стоит спросить у него, — советую ему.
— А я бы хотел спросить у вас, когда это вы успели? Да еще и за моей спиной.
— Что успела? — строю из себя дурочку.
Понимаю, на что он намекает. Шалому страшно интересно, когда я захомутала его братца.
— Сережа, ты мне не поможешь? — звучит приятный, медовый голосок, из кухни появляется Маша.
Невинно улыбается и хлопает нарощенными ресничками. Ну, настоящая дева в беде. Она же неровно дышала к Роману! Теперь, похоже, нацелилась на Сергея. Девушке все равно с кем из братьев того самого. На большее ей вряд ли стоит рассчитывать.
— Конечно, помогу, Машенька, — отзывается Шалый, продолжая нависать надо мной. — Минутку…
Это "Машенька" больно задевает. С ней сюсюкается, а меня, промокшую насквозь, пытает как на допросе. Я грубо вырываю руку и делаю шаг назад к двери, увеличивая между нами расстояние.
— Так когда вы успели вступить в отношения с моим братом? — начинает выходить из себя босс, при этом продолжая говорить почти шепотом.
— Вы так говорите об этом, точно я вступила в… неважно во что, — вздергиваю подбородок и поджимаю губы.
Оправдываться в разыгранной его братцем комедии я не собираюсь.
— В случае с Романом это одно и тоже, — зло сверкнув глазами, просвещает меня босс.
Наша перепалка затянулась, а я устала и хочу домой в горячую ванную. Тут мне точно делать нечего. Там Маша в беде. Пусть выручает ее. Рыцарь свирепого образа.
