Это было последнее, что услышал Баграт перед тем, как его оглушили выстрелы. Носорог раскинул руки с оружием и начал палить по живым мишеням. Тела Кощея и Лешего дрожали под градом пуль. Кровь заливала их одежду. А Носорог все стрелял. И был похож в своем длинном пальто и яркой шапке с косичками на героя какого-нибудь боевика. Тарантино бы эта сцена понравилась!
Когда патроны кончились, Носорог швырнул автоматы на пол, подошел сначала к Лешему, потом к Кощею и плюнул в их лица.
— Пошли, малой, отсюда, — сказал он, развернувшись. — Я тревожную кнопку нажал, скоро менты приедут, нам нужно сваливать. Даже тебе, хоть ты и ни при чем.
— Я должен найти девочку с мамой, они где-то тут, в доме. Не видел?
— В доме нет женщин и детей. Ищи где-нибудь в подвале. У Лешего он точно есть. — И, буркнув себе под нос «Теперь можно и выпить!» — ушел.
Подвал! Как он забыл о нем? Конечно же, Ангелина с Таней там. Леший спрятал свою Жемчужинку вместе с мамой, а сам не успел укрыться…
Или не захотел?
Баграт выбежал из дома. Он направлялся к тому входу, к которому подъезжал грузовик с продуктами, который он разгружал. Но дверь оказалась запертой, причем на электронный замок. Он стал искать другие, что вели бы вниз. Но попасть смог только в кухню, где пировала большая компания.
— Вы че расселись, придурки? — заорал Баграт на мужиков. — Менты вот-вот будут тут! Тикать надо.
— А пусть приезжают, забирают, — отмахнулся самый пьяный и наглый. Он поверх своей вонючей одежды натянул хозяйскую, на руку нацепил «Ролекс», а на голову девичью корону. Судя по блеску, она была не из стекляшек, а из кристаллов Сваровски. — В обезьяннике хоть отоспимся нормально.
— В доме гора трупов! Хозяин мертв, тот, кто нас сюда привез, тоже. И кончил их один из наших. Если вы идиоты, оставайтесь, а я рву когти.
Пирующие тут же похватали недоеденное и недопитое и начали разбегаться. Впрочем, некоторые слиняли, едва услышав слово «менты». Оставшись один, Баграт опять начал искать потайные двери. Он дошел до гостиной, где еще разок стукнул начавшего приходить в себя охранника и на всякий случай связал его. За этим его застал Павел.
— Что тут, черт возьми, произошло? — просипел он. Так бежал, что запыхался. — Где Кирилл Игоревич? Баграт кивнул в сторону кабинета. А когда Павел переступил его порог, последовал за ним.
— Это ты сделал?
— Я не Рембо, а простой разнорабочий — машины разгружаю и за животными дерьмо убираю.
— Эх, жаль…
— Лешего?
Павел покосился на него.
— Простой разнорабочий, говоришь? Жаль, что он был упрямым стариком, который никогда меня не слушал. А я предупреждал, не приведут его игры к хорошему…
Павел, перешагнув через ноги мертвого босса, взялся за раму висевшей на стене картины и отодвинул ее. Баграт увидел металлическую дверку сейфа.
— Анна — твоя женщина? — спросил Баграт, наблюдая за тем, как Павел открывает сейф и начинает доставать из него деньги.
— Ага.
— Ей, наверное, помощь нужна.
— Что с ней? — бросил через плечо он.
— Не знаю, проверить надо… Но ее изнасиловали. Толпой.
— Плохо. Значит, не сможет быстро ходить. Считай, обуза.
— То есть ты деру дать хочешь без нее?
— Я же не благородный принц, — пожал плечами Павел и начал распихивать деньги по карманам. Тут были и пачки, и отдельные купюры, и рубли, и валюта. — Жаль, мало тут, только на мелкие расходы. А все богатства у Лешего заначены где-то. Теперь пропадут схроны.
— Где Ангелина с матерью?
— Если тут нет, значит в бункере.
— Как туда попасть?
— Никак. Но ты не волнуйся, там все есть для прекрасной жизни.
— Ты должен помочь мне добраться до Гели и Тани, — процедил Баграт.
— Должен? — скривил губы Павел. — Да пошел ты…
И потянулся к сейфу, чтобы достать оттуда пистолет. Он был там, Баграт видел.
Он опередил Павла. Выхватил свой травмат и пальнул в его ногу. Когда тот взвыл, травмировал другую (хорошо, двухзарядный пистолет попался).
Павел рухнул на колени. Из карманов куртки стали вываливаться деньги.
Баграт подошел к нему, взял за подбородок с такой силой, что скрипнули друг о друга зубы.
— Как мне добраться до Гели и Тани? — повторил вопрос он, затем разжал пальцы.
— Трость, — выдохнул Павел. — Дай.
Баграт поднял ее. Трость, с которой Леший не расставался, даже гуляя по парку.
Павел откинул набалдашник. Под ним оказалась кнопка, и она горела красным.
— Я так и думал, — качнул головой он. — Поэтому сказал «никак»… — Павел несколько раз нажал на кнопку, но она будто сломалась. — Никак ты в бункер не попадешь! Активирована программа «Точка невозврата». Отменить команду невозможно. Теперь те, кто находится в бункере, останутся в нем до самой смерти.
