Я с облегчением выдохнула и, двинувшись с места, стала обыскивать глазами помещение. П ройдя мимо стойки с легкими кофтами, я завернула за угол, и увидела сильно освещенный желтовато-белый коридор, в котором виднелись примерочные с яркими багровыми шторами. Неподалеку от них, возле стен, маячились мини-столики с разными искусственными цветами и вазами, в которых лежали карамельные конфеты или леденцы. На полу виднелся красный палас с золотым ветвистым переплетением.
Зайдя в коридор, я осмотрелась, думая, что где-нибудь неподалеку блуждает Мэдди и может быть ищет меня. Хотя, кого я обманываю. Она, наверное, сейчас занята, разглядывая шмотки , и ей сейчас не до этого.
Увидев вспышку света и услышав щелчок в одной из примерочных, я улыбнулась, потому что поняла, где, наконец, находится моя подруга. Она мне говорила, что в этот магазин едет не для того, чтобы покупать одежду, а чтобы пофотографироваться в шикарных дорогих платьях и выложить потом все эти фотки в социальные сети. Не понимаю ее. Нормальные люди приходят в магазины, чтобы обновить одежду или купить, что душа требует, а Мэдди же в них устраивает фотоссесии, которые мне кажутся абсурдными. Получается, что эта блондинка ненормальная. Хоть она меня иногда и утомляет, злит или раздражает, но я все равно ее люблю, не смотря ни на что. Сама она человек веселый, жизнерадостный и такой, который любит выносить мозг, болтая о бессмысленных вещах. И это мне в ней нравится. Она ненормальная в хорошем смысле. Она – моя лучшая подруга и она же тот человек, которого я люблю и ценю.
Подбежав к примерочной в которой, по моим предположениям находится блондинка , я отдернула плотную ткань и заглянула внутрь. Действительно. Передо мной стояла моя подруга, одетая в какое-то блестящее и слишком короткое платье. В ее руке красовался телефон, которым, по всей видимости, она делала снимки. Ох, Мэдди, ты такая… Мэдди!
- О, ты уже тут? – удивилась она, заметив мою торчащую голову.
Я скривила лицо от злости и, отдернув штору до конца, облокотилась спиной об косяк и стала осматривать ее с ног до головы.
- Хотела задать тебе тот же вопрос. Почему ты убежала? Я к твоему сведенью искала тебя, - пробурчала я.
Она прокрутилась вокруг своей оси и, остановившись на месте, стала разглядывать свою пятую точку, одновременно фотая ценник на платье. Боже, начинается!
- Ты же знаешь, мне не нравятся эти кассирши-зануды.
Я закатила глаза и, взяв у нее телефон, начала просматривать фотки, которые она только что сделала. Н-да , чего я только и не увидела: и ее фирменную позу «рука на талии, ноги вместе» и разнообразие дорогих вещей с дорогими цацками. Признаюсь, Мэдди фотогенична в отличие от меня. Обычно, когда мы запечатляемся вместе, я получаюсь как бледное и скучное пятно, а она, как всегда, выходит красивой.
Положив ее телефон на лавочку, приделанную к стене, я улыбнулась Мэдди и, показывая рукой на платье, сказала:
- Оно тебе очень идет. Ты в нем сногсшибательна! Только, - вгляделась я в длину вещи, - тебе не кажется, что это платье слишком короткое?
Блондинка фыркнула.
- О, нет. Оно прекрасно! Ох, если бы Вьюран и Дэйлин видели бы меня в нем.
Я взглянула на ценник и округлила глаза, дивясь тому, какое количество нулей в нем было.
- О, да. ЕСЛИ БЫ.
Перемерив еще одну охапку вещей и сделав пару снимков, Мэдди успокоилась и вышла из гардеробной, еле передвигая ногами и осматривая другие вещи, которые красовались на витринах и на вешалках. Неужели она опять задумала что-нибудь примерить? Ну уж нет! Мои руки не вечны и еще раз держать кучу вещей целый час, пока она их будет мерить , я не выдержу.
- Мои крошки, - пропела блондинка, смотря на шикарные вечерние платья с декольте и кружевом. – Обещаю, когда я начну зарабатывать, я куплю вас всех!
Я ухмыльнулась и, толкнув ее к выходу, пошла за ней.
***
Было три часа дня. Мы шатались по магазинам, заглядывали в разные бутики и, чтобы хоть какое-то время отдохнуть и перекусить, заскочили в кафешку на конце «Broad street ». Да, ноги болели и ныли от стольких пройденных километров и, поэтому, когда мы с Мэдди зашли в кафе, то сразу же плюхнулись за первый попавшийся столик, который был свободен. Мы так и ничего не купили, потому что все, что нам нравилось, стоило дорого. Даже слишком.
Кафе, в котором мы сидели, выглядело старым и потертым. Столики, круглые и пошарканные были усыпаны твердыми крошками от булочек; огромные темные сидения пахли потом и еще каким-то специфическим запахом, не знакомым мне. Неподалеку маячился бар с напитками , возле которого крутился бесформенный мужик с усталым видом. Посетителей было не много: я, Мэдди, две женщины и компашка футбольной команды «Орлы» с нашего пансиона.
Мы поедали пиццу и запивали ее горячим шоколадом. Мэдди ела быстро и много к удивлению. Мне даже показалось, что дай ей еще минуту, и она съест все на этом столе. Не пора ли ей напомнить про высокую калорийность в этих продуктах?
- Да я вижу, ты уже третий кусок умяла, - сказала я , попивая шоколад.
