Приказ Рей может и исполнил, но перед этим мстительно заставил нас ждать три часа. Первое время я стояла, прижавшись спиной к решетке и дергаясь от каждого взгляда Квейна. Ему периодически приходилось сражаться с магией. В конце концов, ноги стали ныть, а все остальное тело потребовало устроить его поудобнее. Со мной ведь тоже непонятно что творится, а еще приходится возиться с заразившимся магией оборотнем.
Посомневавшись немного, я все-таки побрела к тюфяку и уселась на свободный край. Пусть Квейн немного потеснится, это по его вине я здесь!
Лицо у оборотня сделалось такое... ну точно морда кота, который несколько часов выслеживал у норки мышку, и вот наконец она показалась.
А во мне взыграла мстительность.
- Не жалуют тебя родственники, раз в таком состоянии засунули в камеру, - сама не знаю, чего хотелось больше - ужалить или получить объяснение.
- Я был опасен для них, - вроде бы спокойно пояснил кошак, но по тому, как дернулся уголок его рта, стало понятно - я попала в точку.
Презрительно фыркнув, я поджала губы. Ну и что? Я для мамы тоже была опасна, но она заботилась обо мне и сделала все необходимое. И сейчас сделает, я уверена. Таяна Дарини ни за что не оставит дочь у оборотней! А община, конечно, не захочет лишиться перспективной ведьмочки.
Ход успокаивающих мыслей прервал вопрос:
- Так это точно... магия? - похоже было, что Квейн уже все обдумал, смирился и готов учиться с этим жить.
Мне бы так быстро адаптироваться!
- Ты влип, - самая верная оценка ситуации.
Но он, кажется, только больше заинтересовался. Что и говорить, кошак.
- И... что я теперь могу? Что ты можешь?
Вредная кошка, поселившаяся в самом темном уголке моей души, встрепенулась.
- Ничего, - ответила честно и не без удовольствия отметила, как вытянулось его лицо.
- А... как же магия?
Объяснять очевидные вещи было лень, но просто так сидеть - скучно, так что, промолчав некоторое время, я все-таки заговорила:
- Ведьмы умеют многое: лечить, предсказывать, создавать иллюзии, делать разные амулеты. Но мы с тобой бессильны, потому что еще не подчинили свою магию. Мое становление должно произойти в этом году, еще через несколько месяцев определится профиль. Насчет тебя пока не знаю, уж извини. Магия и мужчина... это что-то невероятное. Так считалось до недавнего времени.
Квейн широко зевнул, а потом, воспользовавшись тем, что я потеряла бдительность, бесцеремонно подвинул меня так, чтобы спина прижималась к стене, и уложил голову на колени.
- А ну брысь!
- С ума схожу от этой жары, а ты прохладная, - заявил нахал и прикрыл глаза. - Так ты говоришь, у вас нет мужчин?
Я пожала плечами.
- Некоторые ведьмы все-таки выходят замуж, но в этом случае они имеют самое низкое положение в общине, и их мужей связывают несколькими магическими клятвами, - объяснила нашу печальную ситуацию. - Но мальчики у нас не рождаются, соответственно, мужчин с магией не бывает. Откуда бы им взяться?
Хороший вопрос, особенно если вспомнить рыжеволосого типа, ставшего моим отцом. Но делиться с оборотнем сокровенным я не собиралась. В голову вдруг пришло, что, учитывая нашу ситуацию, ведьмы точно не захотят возиться с ним. Так-то они добренькие, но он едва не убил одну из них. Этого у нас не прощают. Ой, не завидую я кому-то...
- Лучше ты расскажи, как оказался в морге, почему очнулся и что там с моим оборотом? - решила сменить тему.
Оборотень тяжело вздохнул. В восторг от необходимости что-то долго объяснять он явно не пришел. Но взял мою ладонь - холодную, потому что в подземельях отопления не предполагалось - и пристроил ее к себе на лоб, удержал, когда я попыталась отнять, и только когда сопротивление сошло на нет, решил что-то растолковать:
- Видишь ли, в стае у каждого есть свои обязанности... Нет, не так. У каждого оборотня свои возможности, а исходя из них и обязанности.
Ну конечно, без обязанностей никуда. Стало быть и меня попытаются использовать с максимальной выгодой.
- Какие у тебя? - логично было предположить, что способности у нас будут одинаковые, раз уж это Квейн "заразил" меня оборотничеством.
Он некоторое время боролся с собой, после чего все же принял решение в мою пользу. То есть ответил:
- Поганые. Я чую гниль в людях. И в не людях тоже, - Квейн повернулся так, что его нос потерся о мою руку, и продолжил, щекоча кожу дыханием: - Теперь самому смешно, как это я проглядел ведьм в городе. А тебя давно заметил, ты как солнышко. От тебя пахнет светом и летом, больше ничем. Никакой гадости, понимаешь?
Его лоб был горячий. Может, это бред?
Где подевался этот Рей со всем необходимым?!
- А обязанности? - я поерзала на жестком тюфяке.
- Судья, потому что как правило чую, кто и в чем виноват, - из-под полуопущенных ресниц он смотрел так, будто опасался, что я стану осуждать. И после следующей фразы стало понятно, за что именно: - И каратель, которые исполняет приговоры.
Долгий взгляд особого эффекта не произвел.
