Книга продолжает традицию петербургской повести, внося в нее современную клиповую динамику. Повествование о поиске таинственного сокровища перемещается из эпохи в эпоху, тасуя семейные истории и личные судьбы героев. Напряженный детективный сюжет с нотками мистики развивается на фоне исторических реалий и проводит мысль о том, что настоящие ценности непреложны и вечны. В оформлении обложки использованы изображения: «Бриллиант», «Социалистическая улица, 2». Автор Завалишин А.
«Бриллианты блеснули в последний раз. Объявится ли ещё драгоценная брошь? Изменит ли чью судьбу?». Настя закрыла журнал «Мир приключений» за 1914 год. Библиотека, в которой работала Настя, владела богатым книжным и журнальным собранием, любовно хранимым и обновляемым сотрудницами-подвижницами (как ещё можно назвать людей, умудряющихся жить на пятнадцать тысяч в месяц?) во главе с директором Надеждой Андреевной Зайцевой. Особой гордостью последней был читальный зал, где размещались экземпляры практически любого массового печатного издания двадцатого века. Правда, посетителей в библиотеку приходило немного, в основном заглядывали пенсионеры за мемуарной литературой или книгами, будившими воспоминания о молодости, или школьники – в поисках материалов для рефератов и сочинений. Иногда забредали студенты расположенного по соседству гуманитарного вуза – выписать что-то из уникальных газет и журналов, воспользоваться электронной базой, а то и взять какую-нибудь редкость для интеллектуального чтения. Вот в читальном зале в период затишья Настя, любившая, как она говорила, «покопаться в литературе в поисках пищи для ума», и наткнулась на этот «Мир приключений». Журнал почему-то не стоял в общем ряду, а лежал поверх других, будто кто-то рывшийся на полке вынул его и забыл вернуть на место. Когда Настя взяла его, чтобы навести порядок, он вдруг выскользнул у неё из рук и раскрылся на странице с рассказом какого-то Тайновского о мистической броши. Настя начала читать и уже не могла остановиться, пока не дошла до последней фразы. И почему-то она приняла эту, на первый взгляд, банальную выдумку близко к сердцу.
Ну что такого выдающегося в очередной истории про «неразменный рубль», всегда возвращающийся к своему хозяину? Замени слово, и брошь – тот же рубль только дороже, красивее и вреднее, что ли, по способности вносить коррективы в судьбы своих владельцев. Фабула не блистала новизной: в какие-то стародавние времена некий уральский мастер получил заказ на изготовление «дамского украшения по своему усмотрению» в подарок кому-то-там княжеского рода из самого Петербурга. Дама, по слухам, мучилась, как теперь сказали бы, депрессией, и поэтому создал он ювелирный шедевр в виде рубиновой броши с бриллиантами. Рубин должен был укрепить здоровье и женскую красоту названной дамы, а бриллианты прибавить ей силы, ну и послужить символом её власти. Но дама подарок отвергла (цвет не её, форма кривая, размер велик, даритель не мил), заказчик затребовал деньги назад, да ещё и нос мастеру в сердцах разбил. Правда, брошь вернул. Удар был настолько силён, что помимо крови из носа, у мастера ещё и слезы из глаз брызнули, и попало всё это на его изделие: кровь – на рубин, а слёзы – на бриллианты. В этот момент что-то сверкнуло – может на миг отразился в золоте солнечный свет, а может искры из глаз умельца. Лицо его было залито кровью и слезами, и он не понял, что это было, только почувствовал, как на мгновение камни будто стали тяжелее и потеплели, но тут же всё прошло. Вскоре он всё-таки пристроил брошь кому-то-там из другого княжеского рода, и отправилась она в Петербург, где на время исчезла из вида. Дальнейшая история показала, что сверкание было неспроста, и нечто наделило украшение волшебными свойствами. Сначала у владельцев складывалась счастливая, безбедная жизнь, но вдруг всё менялось, очередная дама, пытаясь продать камни, попадала в неприятную историю, лишалась их насильственным путём, а спустя десятилетия (или чуть меньше) они возвращались уже следующему поколению семьи упомянутой дамы. Избавиться от проклятого наследства можно было, только подарив его кому-нибудь в знак благодарности или в уплату долга.
И вот какая ерунда пришла Насте в голову: она должна увидеть это украшение. С чего вдруг она решила, что драгоценность существует на самом деле и непременно в Петербурге, она объяснить не могла. Но было что-то раньше в жизни Насти, какое-то едва уловимое воспоминание то ли её, то ли чьё-то ещё. И убеждённость была настолько твёрдой, и так ясно представлялась ей брошь – красный овальный камень в оправе белого золота в виде веточки с листом, усыпанной посверкивающими маленькими гранёными камушками – что Настя решила, во что бы то ни стало, найти её. Зачем – не ясно, но обязательно.
И как, скажите на милость, можно обнаружить то, чего в природе никогда не бывало? В каких архивах искать плоды писательской фантазии? Настя себе эти вопросы задавать не стала. Всё – правда, всё было на самом деле и точка. Начать она решила с исторического архива, где, может быть, и найдутся хоть какие-то документы, связанные с уральскими мастерами и богатыми заказчиками. Не так уж и много было в своё время и тех, и других, тем более, что в рассказе упоминались достоверные, как думала девушка, имена и фамилии. Итак, поменявшись с коллегой сменами, она высвободила себе целый рабочий день и отправилась на поиски неизвестно чего.
* * *
