— Я умею замедлять свое сердце, — огрызнулась Грейс. — Раз и они без понятия, что за ерунда происходит, то пойдем отсюда, Оливер, вдруг эти двое небезопасны, как ты говоришь. Тем более что моя версия провалилась.
— А что была за версия? — спросила Марианна.
— Грейс думала, что это новое реалити-шоу, и повсюду висят скрытые камеры, снимают наши страдания и передают в прайм-тайм.
— Я умираю уже около получаса, но никакого отзыва с их стороны, — Грейс указала тонким пальчиком на стену. — Или ведущие этого шоу — звери, или это не реалити - шоу.
— Думаю, мы в гостях у маньяка, — с напором сказал Оливер.
Марианна хотела выразить согласие с этой точкой зрения, но промолчала, потому что доверие к окружающим её людям таяло, а чувство страха и отчаяния, наоборот, росло.
— Это напоминает мне детективы Агаты Кристи, — продолжает Оливер. — Замкнутое пространство, тесный круг подозреваемых, и убийцей должен оказаться тот, у кого есть алиби.
— Но убийства не было! — возмущается Хиро. — Что за навязчивые идеи!
— Откуда ты так уверен, что его не было?
— Неужели кого-то убили? — ужасается Марианна.
— Нет, но Оливер уверен, что скоро мы начнем погибать один за другим, — с загадочным наслаждением говорит Грейс.
Хиро стоит с невозмутимым видом, Марианна едва унимает дрожь в коленях.
— Это все глупые выдумки, — гневно рассуждает японец. — Вы двое просто не знаете, чем занять свое сознание, как структурировать время, чтобы жизнь не казалась невыносимой!
Раньше был хороший психиатр, а сейчас появляется плохой.
Марианна с трудом подавляет смешок.
Что за ерунду несет этот человек, знакомый ей несколько часов, за кого себя выдает, кто он на самом деле и можно ли доверять ему, когда он кажется странным и таким же ненастоящим, как и заперший её в ловушку отель.
— Где выход?! — вдруг орет она.
Все оборачиваются.
— Мы шли по лестнице вниз, выходили на каждом этаже и прочесывали его вдоль и поперек, — почесал затылок Оливер, — выхода нет.
— Мы были в самом низу, там тоже ничего, — ответил Хиро. — Надо подняться на самый верх, возможно, это подземный отель.
— Да, такая \/1Р-тюрьма для наркобаронов и фальшивомонетчиков, — с усмешкой добавила Грейс.
Они стали подниматься наверх, продолжая бродить по коридорам, и тут Хиро
завизжал.
И лопнет мир твой, Истины падут на дно — Я виновата.
Он завизжал, потому что после утомившей глаза череды коричневых проемов увидел другие двери. Две большие шикарные двери. Нежно-розового цвета, сливающиеся со стеной, двери в рай. Дорогие, вкусно пахнущие деревом, волшебные двери. Необыкновенные, идеальные двери. Совершенно непостижимые двери в ад.
В культуре его страны не было принято так открыто выражать эмоции. Однако Хиро считал, что диплом психотерапевта дает разные поблажки, в том числе такие.
— Готов поспорить, что двери заперты, — с недоверием отозвался Оливер.
Марианна оттолкнула его, подошла вплотную к дверям. Пораженная их совершенством, она застыла на месте. Потом, словно пытаясь отогнать их гипнотическое воздействие, замахала руками, подалась вперед и отворила их.
Зал удивителен, роскошен. Странное сказочное сновидение. Бордовые стены в золотых прожилках, мягкие, как весенняя трава, ковры в тон, шикарные столы и стулья из красного дерева. По углам стоят кудрявые древнегреческие боги. Тут Зевс из слоновой кости прячет в глазах меткие молнии. Там величественная Гера из ясного мрамора горделиво любуется своей красотой. Статуи утопают в зелени плюща, будто прячутся от человеческого внимания. Над головой сияет огнями потолок со звездным небом, но огни те ничто по сравнению с солнцем, золотой громадной люстрой. Неживая, она дарит комнате искусственный свет.
— Здесь еда, — раздался мертвый голос Грейс. — Посмотрите: картошка фри, пельмени, сосиски, роллы, какие-то невероятные салаты, а вон графины с водой, в таком роскошном отеле — и такой скудный шведский стол.
— Я бы побоялся есть это, пища может быть отравлена, — сказал Оливер.
— Всё надеешься, что кого-нибудь убьют, — съязвил Хиро.
— Надеюсь, это буду я, — воскликнула, неестественно рассмеявшись, американка.
Марианна нюхала роллы, словно по запаху умела заключать, есть ли в них яд. Грейс изучала листики салата, Оливер — огромную люстру над головой. Он рассматривал её со странной упрямой въедливостью, словно это был не простой кусок металла, богато украшенный хрусталем, а настоящее божество комнаты.
— Еда полностью безопасна, — вынес вердикт Хиро. — Если нас хотели отравить, то сделали бы это раньше.
— Эта огромная люстра может упасть, — не слушая японца, говорил Оливер.
У Марианны от испуга изо рта выпал ролл. Грейс звонко рассмеялась.
Ослабленные, нервные, напряженные люди в закрытом плотными дверьми зале ели. Они ели подавленные, потому что боялись стен, великолепной люстры, идеальных статуй древнегреческих богов, следящих за каждым их движением.
Люди в комнате были ещё живы, но сами себе казались уже умершими, погребенными в отеле навечно, точно в склепе.
