- Нет, - профессор пожал плечами. - А должно?
- Мне казалось, вы более эмоциональный человек, - задумчиво пояснил глава ПСБ. - Откуда такая внезапная выдержка?
- Забавная формулировка - "внезапная выдержка", - Лебедянко усмехнулся. - Я человек эмоциональный, это верно, господин Хорошеев, но не суетливый. Автоматика буксиров работает отлично, а до точки назначения еще час, к чему создавать нервозность?
- Откуда мы будем наблюдать за процессом? - вмешался Труба.
- Я поднимусь на рабочий этаж, в центр управления полетом, а вы можете делать это прямо отсюда, - профессор указал на ряд мониторов. - В общем зале слишком много персонала и всего два кондиционера.
- Господа... - в комнате появился Президент в сопровождении генерала Бубнова. - Все в сборе... отлично. Господин Лебедянко, как идет операция?
- В точном соответствии плану, - профессор указал на мониторы. - Вот взгляните, на первом телеметрия. Астероид уже в фокусе навигационной системы буксира номер один. До посадки осталось сорок три минуты. На втором мониторе - видеокартинка камер второго буксира. Видите темный контур? Так астероид выглядит для непосредственного наблюдателя.
- Для... пилота? - уточнил Президент.
- Да, - Лебедянко почему-то посмотрел на Хорошеева, но, наткнувшись на его изучающий взгляд, отвел глаза.
- А почему мы ни разу не связались с Пустотеловым? - директор ПСБ адресовал вопрос профессору.
- Во избежание нежелательных перехватов мы не стали добавлять к штатному оборудованию буксиров средства голосовой и видеосвязи, - ответил Лебедянко. - Ведь в пространстве находится довольно много корпоративных и частных кораблей, а они ничего не должны знать. Мы же обсудили это еще на первом совещании. Или нет?
- Значит, сам "Криптон" в сцепке с двумя буксирами пусть видят, а перехват - ни-ни? - удивился Хорошеев. - А может, вы просто не додумались? Гении.
- В такой-то спешке, - вступился за профессора Думский. - Это, конечно, просчет, но понять его можно. К тому же до определенного момента пилот ничего не решает и связь с ним действительно ни к чему.
- На третьем мониторе показатели его жизнесистемы, - словно исправляя оплошность, спохватился Лебедянко. - Как видите, все медицинские параметры в норме. Пустотелов жив и здоров.
- А что это за текст? - заинтересовался Президент.
- Это наше нововведение, нечто вроде "черного ящика", только на высшем уровне, - похвастался Лебедянко. - В комплект штатного оборудования входит мыслеграф. Все, о чем думает пилот, фиксируется и передается в центр управления полетом. Так мы сможем реагировать на нештатную ситуацию быстрее, чем при обычной связи.
- А пилот об этой подстраховке знает?
- Судя по тексту - нет, - заметил Хорошеев. - И, опять же, судя по тексту, вы напрасно пренебрегли традиционной системой связи. Мне кажется, наш герой заблудился в трех соснах.
"Урод этот инженер, - меланхолично размышлял
Федор. - Все рассказал, а о главном - ни слова. Первый буксир, второй буксир. А какой из них какой? Я в каком был и куда вот сейчас перешел? Хоть бы краской цифры намалевали. А может, я в рубке этого "Метана", или как его... "Криптона"? Нет, в ней не должно быть приборов, а тут они есть. Но и в той кабине, откуда я пришел, тоже есть. И мигают они так же, теми же лампочками. Угораздило же потеряться. С другой стороны, как можно двенадцать часов в туалет не ходить? Я смертник, конечно, но ведь не мученик. Ищи теперь, откуда вышел и куда шел. Пункт А и пункт Б. С другой стороны, какая разница? Никакой. Но это если из кабины второго буксира тоже дверь в "Криптон" откроется. А если нет? Если, к примеру, она откроется из рубки первого, а я буду во втором. А время уйдет. Вот и отправится вся планетарная миссия коню под хвост..."
- Он что, не знает устройства скафандра? - удивился Труба. - Там же все предусмотрено. Зачем ему отдельный сортир?
- Инструктаж невнимательно слушал, - сквозь зубы процедил профессор. Ну, Пустотелов, ну, идиот!
- Да и вы хороши, - Президент устало потер глаза. - Не могли действительно цифры нарисовать?
- Кто же знал? Ему ясно сказали - сидеть на месте!
- Ему сказали ничего не трогать, - возразил Хорошеев. - А двери в рубку "Криптона" и в самом деле открываются только из одного буксира?
- Из обоих, - заверил Лебедянко.
- Что же вы нервничаете? - директор ПСБ с подозрением прищурился.
- Я спокоен, - профессор высокомерно скривился. - Господин Президент, разрешите мне проверить, как там дела у диспетчеров. Раз придется открыть оба перехода в "Криптон", следует внести изменения в полетный план. Это не коррекция курса, конечно, но все равно...
- Идите, - отпустил его Думский.
- Все у этих ученых через жопу, - заявил адмирал Труба. - Я вам когда еще говорил, господин главком, отдайте проект "Криптон" флоту! Уж мои бы специалисты все детали учли и пилота натаскали так, что он даже дышал бы по счету с Планеты!
- Поздно, - Президент нервно потер ладони и кивнул на центральный монитор. - Странно... почему это астероид так развернулся?
