Проходили столетия. Церковь все больше и больше отдалялась от корней иудаизма. Вскоре она вообще стала отрицать какую-либо связь с иудаизмом. Евреям предстояло принять важное решение по поводу своего отношения к смерти Христа. Отчуждение усиливалось в связи с крестовыми походами, Инквизицией и погромами. Затем последовало «кардинальное решение еврейского вопроса»: шесть миллионов евреев погибли в концентрационных лагерях нацистской Германии, являющейся, по ее собственному определению, «христианской» нацией.
Как же могли евреи после всего этого отождествлять себя с теми, кто убивал их народ? Невозможно!
Как можно было исказить учение о христианской любви, сделав его учением о ненависти?
Мои исследования были тщательными и долгими. Теперь отрывки начинали вырисовываться в одно целое. Мое собственное понимание своей истории невероятным образом углубилось. Однако, на каком же я был свете в своем отношении к четвертому вопросу? Верил ли я, что Христос и был Мессией?
Я решительно покачал головой. Ни в коем случае!
В один из вечеров, засидевшись допоздна в своем кабинете, я закончил обзор истории Церкви. Я понимал, что это только довольно поверхностный анализ, но меня все же долго не покидала уверенность в том, что я пришел к важному заключению. Неудивительно, что столько евреев яростно реагируют на еврея, принявшего Христа. Однако история также показывает, что евреи, принявшие Христа в качестве Мессии, не очень-то принимаются большинством христиан. От евреев ожидается «полный переход в христианство» и отказ от своего еврейства. Из-за долго культивируемых ненависти, страха и враждебности раскол между двумя группами продолжал углубляться.
В какой-то момент я даже почувствовал, что держу в руках готовый ответ для Джуди: «Держись от христиан подальше! Ты им не нужна. Дай я докажу тебе это на исторических фактах".
Но я сел, откинувшись на спинку кресла, и задумался. Ведь Христос был евреем. В апостолы Он также выбрал евреев. При Его жизни почти все Его друзья и последователи были евреями. Он даже заявил, что у Него миссия к «потерянным овцам Израиля». Все это однако было так до праздника Пятидесятницы. когда по воле Божьей были привлечены и другие народы. Но ведь навряд ли Богу было угодно, чтобы работа была начата евреем среди евреев, став достоянием исключительно неевреев, и чтобы потом превратиться в мировую религию.
Конечно же, это дело рук не Божьих, но человеческих.
Я заерзал на кресле. Подготовленный ответ лопнул, как мыльный пузырь. Может, довольно копаться и нужно представить свои аргументы Джуди уже сейчас?
В глубине души я осознавал, что у меня нет достаточно веских данных. Все они были построены на негативном подходе.
Собранные мной факты не давали Джуди возможности подойти ко всему с положительной стороны. С ее точки зрения мой анализ будет шагом назад, к запутанности и неопределенности.
Разозлившись, я встал и подошел к окну, и в смятении стал смотреть на темные силуэты домов напротив. Что со мной происходит? Всего лишь три месяца назад я бы, не задумываясь, использовал в качестве оружия факты, собранные в результате исследований. Я бы бросил их Джуди в лицо. Почему же этого не сделать сейчас?
Но что-то изменилось во мне за эти три месяца. Что же со мной произошло? Как бы там ни было, никакой научнообоснованной логикой меня нельзя было убедить принять Христа как Мессию. Именно с логической точки зрения нужно было отказаться от своего «копания» и задавания вопросов, чтобы не потерять все, чего я достиг за последние двадцать лет.
Тогда в чем же дело?
В этот момент своих исследований я почувствовал необходимость вернуться к своей основной работе. (Может, дело было в том, что мне не хотелось продолжать это «самокопание»?) Меня пригласили выступить с речью на годовом общенациональном съезде членов Круглого Стола Миллиона Долларов в Сан-Франциско в середине июня. Это было для меня большой честью, и отказаться я просто не мог.
Готовясь к поездке, я позаботился о том, чтобы не забыть Библию и другие необходимые материалы моего исследования. Этель со мной не поехала, так как жен на такие конвенции не приглашали.
Перелет от Вашингтона до Сан-Франциско довольно утомителен, но не для меня. Подлетая к Денверу, я уже окончил Книгу Откровений. Помню, как на меня устремляли взгляды другие пассажиры, видя, как я сижу с раскрытой перед собой Библией, одновременно куря сигарету и держа стакан с виски во время чтения.
Вероятно, я был слишком чувствителен, однако наверняка некоторые из пассажиров узнавали во мне еврея.
