– В госпитале мы поговорили с администратором, и нам удалось записать Ронни в программу. По дороге домой Чарльз сказал, что лучшее, что можно было сделать для Ронни – это молиться за него. Позже, когда я подошла к своей машине, Чарльз пригласил меня пойти с ним и с его женой в общину в следующее воскресенье. Я поблагодарила его, но отказалась. Вот уж это мне было действительно ни к чему. В последующие недели Чарльз мне звонил через каждые несколько дней и рассказывал, как были дела у Ронни. Однажды он позвонил как всегда и опять пригласил меня пойти с ними в общину. Может, это было простое любопытство, но я согласилась. Все было совершенно другим, непохожим на то, что видишь в синагоге. Но люди мне понравились. Они были настолько приветливы, настолько гостеприимны. Они так и светились радостью. А в конце служения пастор пригласил всех, кто хочет получить спасение, пройти вперед.
– Чтобы стать христианами, – пояснил я. – Они хотят сделать из тебя христианку, чтобы ты перестала быть еврейкой!
– Ничего подобного, папа. Они объясняют это совершенно по-другому. Они говорят, что я все равно буду с Богом Авраама, Исаака и Иакова. Буду с Богом моих предков.
– А, вот как они орудуют! – воскликнула Этель.
– Ну и сколько же раз ты была в общине? – спросил я Джуди.
– Три раза, – ответила она. – Первые два раза я просто наблюдала за людьми и служением, пытаясь во всем разобраться. На меня никто не оказывал никакого давления. Меня просто приняли. Отношение людей было искренним. Когда я вернулась домой, то открыла Библию и стала думать над тем, что в ней говорилось. Решение о том, как относиться к Иисусу
Христу я приняла вечером в субботу. После этого мне уже не терпелось пойти поскорее в общину. Я даже не слушала проповедь пастора. Единственное, о чем я думала – это то, что как только он спросит, кто хочет принять Христа в качестве Господа, я подниму руку. Так именно все и произошло. Потом пастор пригласил меня подойти к нему, чтобы помолиться вместе.
Последовало неприятно долгое молчание, поскольку каждый из нас старался понять смысл и значение всего услышанного.
– Да, но ведь ты еврейка, Джуди! – спокойно возразил я ей.
– Евреи просто не принимают Христа. Как же можно оставаться евреем и верить в Христа? Это невозможно!
– Ты абсолютно неправ! Ты удивишься, сколько евреев верит в Христа!
– Чушь!
Джуди обвела взглядом всех присутствующих и только увидела разочарование у них в глазах. Тяжело вздохнув, она сказала:
– Папа, единственное, что тебе нужно сделать – это самому во всем убедиться. Тебе не обязательно верить в то, во что верю я, но ведь ты умный человек. Почитай Библию сам и убедись, правда все это или нет. Всем вам нужно это сделать. Ведь в Библии либо все правда, либо все ложь. Если Он не Мессия, вы сами в этом разберетесь. А если же да, то вы тоже это поймете. Но попробуйте просто почитать Библию самостоятельно, а потом придите к своему собственному заключению.
На этом наш разговор окончился, и мы пошли спать. Этель казалась какой-то одеревенелой и только молча качала головой. Выключив свет, я попытался заснуть, но сон не шел, и мы оба только ворочались в постели.
– Что же нам теперь делать? – наконец спросила Этель.
– Думаю, что попробую сделать, как советует Джуди.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, она хочет, чтобы я прочитал Библию. Хорошо! Вот это я и сделаю! А когда прочитаю, то докажу ей, что она заблуждается. Могу поспорить, что именно этого она и хочет от меня.
– Ну не знаю! – вздохнула Этель. – Что-то уж больно она самоуверенна!
– Это все только внешне!
На какое-то время мы замолчали.
– Стэн...
– Что, дорогая?
– По-моему, Джуди очень хорошо выглядит, а?
– Да...
– Как ты думаешь, может эта радость и этот внутренний пыл, потому что в ней появилась новая вера?
– Да кто его знает! – раздраженно ответил я. – Она кажется счастливой, потому что у нее появились новые друзья. Но это скоро пройдет. Она прежде всего еврейка, а это меняет все. Все это «счастье» среди христиан скоро пройдет!
– Наверное, ты прав!
Я знал, что я прав. Скорее бы начать читать Библию, чтобы всем это доказать!
Почему я так расстроился? Потому что знаю всю историю своей семьи!
Мои отец и мать вышли из еврейского местечка в России, которое называлось Штуллен. Моим родителям выпало на долю узнать все трудности, через которые прошла семья Тевье-молочника из фильма «Скрипач на крыше»[3]), и даже более того... Ужас перед погромами, злобные нападения на еврейское население – все это вложило вечный страх в сердца евреев, и перебороть этот страх было невозможно. Люди, совершающие все эти нападения на евреев, именовались «христианами». Поэтому всех неевреев мы автоматически считали христианами.
