Маркиз Оукеншоу, богатый и красивый холостяк, по поручению министерства иностранных дел отправляется в Сиам на своей яхте в компании друзей. Среди них — леди Брэдуэлл, молодая очаровательная вдова, которой он симпатизирует. Но путешествие оказывается не столь безмятежным — горничная леди Брэдуэлл, ее прелестная кузина Тарина, неожиданно путает карты в любовной игре.
Маркиз Оукеншоу сладко зевнул. В Сент-Джеймском дворце было душно, а утренний прием оказался длиннее обычного.
Принц Уэльский пребывал в приподнятом настроении, а потому подолгу беседовал почти с каждым, кого ему представляли. Не раз его беззаботный смех слышался под низкими сводами зала.
Для маркиза все происходившее уже давно было не в диковинку. Вот почему на него не произвели особого впечатления ни пышность обстановки, ни торжественное появление доблестных воинов и моряков, блестящих дипломатов и министров, которые один за другим появлялись в роскошном зале.
Маркиз погрузился в размышления. Ему пришло на ум, что сегодняшнее утро выдалось на удивление солнечным — совершенно необычное дело в январе. Будь его воля, он предпочел бы отправиться в свое имение, в одиночестве покататься верхом по парку или посостязаться с кем-нибудь из друзей.
Мысли маркиза блуждали далеко… Вдруг он с удивлением обнаружил, что утомительный прием, к счастью, окончен и принц Уэльский направляется к выходу.
Маркиз поспешил за ним, отмечая про себя, что фигура принца с каждым годом становится все внушительнее и, если так пойдет дальше, вскоре ему придется сменить свои «экстравагантные туалеты» (выражение самого его высочества) на другую одежду.
Сам маркиз был человеком совершенно другого склада.
Страстный поклонник верховой езды, маркиз всегда пребывал в отличной форме.
Но для того чтобы сохранять эту форму, ему зачастую приходилось ограничивать себя в еде, особенно во время обильных пиршеств во дворце Мальборо или, как сегодня, на приеме у принца Уэльского.
Его снова одолела зевота. А пожалуй, подумалось маркизу, многочасовое сидение за роскошно накрытым столом утомляет не меньше, чем затянувшийся прием во дворце или выполнение других обязанностей.
Обращаясь к маркизу, принц сказал:
— Я надеюсь, Вивьен, что вы отобедаете со мной сегодня. Принцесса в отъезде, и я собираюсь не только угостить своих закадычных друзей славным обедом, но и предаться развлечениям при блеске вечерних огней.
Слова принца не вызвали у маркиза никакого энтузиазма. Значит, им предстоит в очередной раз отправиться на какое-нибудь театральное представление, которые так любил принц, после чего они посетят какое-нибудь увеселительное заведение, где высокого гостя и его друзей всегда принимали с распростертыми объятиями.
«А ведь я уже стар для подобных эскапад, — с раздражением произнес про себя маркиз, — да и принц, признаться, тоже».
Однако его королевское высочество находил неизменное удовольствие в посещении театра, а очарование так называемых дам полусвета вызывало в нем такой же прилив энтузиазма, как у какого-нибудь юного офицера.
— Звучит заманчиво, сэр, — кривя душой произнес маркиз.
Принц хохотнул. Они начали спускаться по древним дубовым ступеням Сент-Джеймского дворца, по которым ноги августейших особ ступали вот уже без малого четыре столетия.
У выхода принца ждала карета, в которой ему предстояло преодолеть небольшое расстояние до дворца Мальборо.
Карета тронулась с места. Маркиз и другие придворные, которым полагалось присутствовать при отъезде принца, по этикету склонили головы и с облегчением выпрямились, только когда карета наследника престола исчезла из виду.
— Ну вот, все позади, — обратился к маркизу один из придворных. — Слава Богу, теперь можно снять этот неудобный костюм;
— Давно жду этого момента и намереваюсь последовать вашему примеру, — отозвался маркиз.
С этими словами он направился было к своей собственной карете, стоявшей неподалеку, когда его собеседник вдруг сказал:
— Кстати, Оукеншоу, чуть не забыл — министр иностранных дел интересовался, можете ли вы зайти к нему в министерство сегодня до ленча.
— А в чем дело? — резко бросил маркиз.
— Не имею представления. Но зная его светлость, могу предположить, что речь идет о неотложном деле, которое надо было выполнить еще вчера.
Маркиз невесело усмехнулся.
Лорд Розбери, наделенный многочисленными талантами, связями и богатством, мог бы, по свидетельству близко знавших его людей, достичь своего теперешнего высокого положения, даже не прилагая той энергии и не обладая таким искушенным умом, которые делали его во многих отношениях человеком поистине замечательным. Это мнение о министре иностранных дел разделял и маркиз.
Мистер Гладстон называл лорда Розбери человеком будущего.
Когда его назначили министром иностранных дел, талант оратора снискал ему чрезвычайную популярность по всей стране, коей немало способствовало и то, что лорд держал превосходных скаковых лошадей, неоднократно выходивших победителями на скачках.
Неудивительно, что в число своих ближайших друзей лорд Розбери включил и маркиза Оукеншоу. Правда, маркиз был намного моложе, однако обоих мужчин объединяли любовь к верховой езде и утонченное чувство юмора, позволявшее им смеяться не только над своими современниками, но и — что гораздо важнее — над собой.
