На самом деле, директор, которого должен был избирать трудовой коллектив – теперь и становился ответственным за предприятие перед ним, а не перед государством. И понятно, что единственным рычагом в этом случае становилась заработная плата. Точнее, директор, если хотел быть избранным, начинал играть с коллективом в игру, а повышение зарплаты становилось своего рода социальной взяткой. Это для рабочих, для ИТР и некоторых других категорий сотрудников схема была уже другой: создавался кооператив или ЦНТР (центр новых технологических разработок) и туда закачивались деньги, но они проходили не как зарплата, а как отчисления на модернизацию и научно-технический прогресс. Я знаю, о чем говорю, потому что моя мать была директором ЦНТР на одном крупном производственном объединении, и получала там еще четыре зарплаты вдобавок к той, которую получала по основному месту работы. А теперь ответьте на вопрос – если открывается возможность для топ-менеджмента предприятия в пять раз увеличить себе заработную плату к чему это приведет?
В нормальной экономической системе – играть в подобные игры не дает либо владелец предприятия, либо совет директоров, отстаивающий интересы акционеров. В данном случае – формально собственником было государство, но в законе провозглашалось, что собственником является трудовой коллектив. Когда принимался этот закон, a priori предполагалось что трудовой коллектив будет рачительным собственником, будет думать о будущем и не допустит злоупотреблений. По факту же началось массовое и повсеместное растаскивание предприятий, проедание оборотного капитала при почти полном отсутствии у государства рычагов влияния на этот процесс. Рычаги были прописаны в законе – но по факту ни один из них не сработал, частично по причине политического хаоса, частично – по причине отсутствия государственных институтов, заточенных на надзор и контроль именно в этой области. Их и не создавали, рассчитывая на лучшее. Никто не думал, что растащиловка станет массовой.
Приходится признать, что советский народ оказался много хуже, чем о нем думало государство, правительство, Политбюро, Горбачев. И это одна из глубинных, не проговариваемых, но реальных причин провала перестройки. Мы, народ – сами, массово и коллективно растащили экономику страны, когда открылось окно возможностей – хотя имели возможность поступить и по-другому. А это значит, что мы, народ – несем как минимум равную ответственность с Горбачевым за то что произошло со страной и с нами самими.
С другой стороны… а что представлял собой советский народ? Измотанный постоянным дефицитом, небогатый, если не сказать хлеще, искусственно приучаемый к «непритязательности»– как он должен был поступить, когда дьявол предложил ему сделку? Чечевичная похлебка за право первородства – библейский сюжет. Или как сказано у Корецкого – заговор собаки, ни разу не наедавшейся досыта – против кило сарделек.
Давайте, попробуем кратко подытожить, какие нововведения нес закон о госпредприятии
1. План больше не является директивным. До предприятия доводятся контрольные цифры, существует так же государственный заказ и лимиты. Исходя из этого предприятие планирует само свою работу.
2. Хозрасчет и самофинансирование по двум типам. Все расходы покрываются из собственных доходов. Теперь прибыль является главным показателем деятельности предприятия.
3. Социалистическое самоуправление. Трудовой коллектив – хозяин предприятия, собрание (конференция) трудового коллектива избирает директора, линейных руководителей и совет трудового коллектива, обладающий широкими полномочиями. Фактически на каждом предприятии вводится демократия.
Уступкой порядку было то что выбранного директора должно было утверждать министерство
4. Вышестоящий орган больше не мог отдавать предприятию прямых приказов, а так же изымать нераспределенную прибыль, как это делалось всегда. Предприятие имело теперь право судиться со своим вышестоящим органом через Госарбитраж.
5. Снабжение теперь не по лимитам, а по прямым связям, за исключением некоторых отраслей.
Здесь крылись две ключевые ошибки. Первая – разрушив систему лимитов, не создали взамен той инфраструктуры, которая на Западе обеспечивала обмен между предприятиями – биржи, специализированные издания, клубы бизнесменов. Что еще хуже – сфера товарооборота между предприятиями, b2b как сейчас говорят – и до введения этого закона была крайне коррумпирована. Существовали ловкачи, доставалы, пробиватели лимитов, которые ездили по Союзу с сумками денег. Сейчас же коррупционные практики были этим законом законом о кооперации легализованы. Доставалы из снабжения – моментально поняли, что пришло их время и стали работать не за зарплату – а создали свои кооперативы и начали доставать и поставлять дефицитные комплектующие с наценкой. Часто делясь прибылями с директором.
