– Слушайте все, – начал он громко, – Да я случайно убил Марину, простите еще раз. Случайно вышло, не привык, когда встревают в разговор. Поживете тут с мое, поймете меня. Но лично вам хочу сказать, что я являюсь владельцем первого и самого крупного поселения русскоговорящих в этом мире. Сейчас нас уже чуть больше двух тысяч. Лично я придерживаюсь и отслеживаю, чтобы не было никакого насилия, любые убийства на моей территории запрещены, каждый получает еду и кров, кто хочет может работать, кто нет отдыхает.
У меня было что возразить, я там жил, но решил промолчать, если кто-то поддастся, то пусть набивает шишки самостоятельно.
– Вдобавок у нас все ходят в нормальной одежде, – с этими словами он из инвентаря начал вытаскивать шкафы с одеждами, с его размерами это не сложно. – Вы можете взять сколько и чего захотите.
Новички подались вперед, суматошно стали выбирать себе привычные майки, джинсы, штаны, а уж в коробки с обувью они впились жадными руками, я не выдавал им обувь.
Сестры покосились на меня, я показал глазами, мол, хотите идите, в ответ они фыркнули, мол, думали это остановить, в итоге просто остались рядом со мной.
– Я приглашаю всех вас ко мне на участок, безопасность и сытый покой обещаю каждому, – продолжил Адам агитировать.
Некоторые из новичков боязливо повернулись ко мне.
– Если хотите идти, то пожалуйста, – сказал я. – Я никого не держу.
– Это не правда, – заметил Адам и поставил передо мной одного из залитых клеем. – У меня в поселке такое невозможно, у нас чтят права человека.
Пленник, у которого освобождена от клея только голова заголосил:
– Убейте меня, убейте, я тогда без клея возрожусь.
– Без обид? – спросил Адам.
Тот истошно закивал.
Адам не стал что-то придумывать и отвесил тому щелбан, кровавые брызги в разные стороны, тому хватило.
– У меня запрещено рабство и насилие, – продолжил Адам агитировать.
– Да поняли они, – встрял я. – У тебя рай неземной. Дай спросить.
Он замолчал.
– Моим сестрам можно с ними? – спросил я.
– Не-ет, – в один голос заорали они.
– Конечно, – с довольной улыбкой ответил он.
– Собирайтесь, – велел я, глядя на сестер.
– Мы не пойдем, – возмутилась Марина.
– Пойдете! Поможете дойти новичкам, – велел я и направился к себе в дом.
– Егор, без обид, если уйдем? – спросил один мужчина из новеньких.
– Да, уходите.
За мной поплелись сестры. Марина забежала вперед.
– Егор, мы не пойдем.
– Пойдете, – отрезал я. – Давай в доме поговорим.
Дальше молча добрались, я обернулся и увидел как новички радостно копаются в вещах, бурно обсуждают блага, что на них взвалились. А вот Адам хозяйничает на стене, судя по всему решил освободить всех пленников, если бы была карма, то он бы ее сейчас здорово прокачал, как же освободитель нашелся.
Стоило переступить порог дома, как девушки видимо сочли возможным разговаривать, заголосили.
– Стоп, – прикрикнул я, останавливая потоки вопросов и возмущений. – Скажу сразу вы все пойдете.
– Но, – начала Лена.
– Стоп, я сказал, – заорал я. – Сначала ответьте мне на такой вопрос
– Нет, не получил, – за всех ответила Зоя.
– Вот именно, – заметил я. – И как думаете что будет дальше?
– Попытается еще раз? – спросила Кристина.
– Попробует силой? – спросила Марина.
– Скорее всего, – ответил я на оба вопроса. – Вот только если он решит тут все разрушить, то как думаете сколько вам придется умирать?
Они помолчали.
– Прежде чем возмущаться, послушайте меня, – предложил я. – По доброму Адам уводит от нас новичков, тем самым лишая развития дома, с вами четырьмя он будет получать в час по чайной ложке. Кто угодно рядом поселится и через пару лет у него будет неприступный форт, а у нас каменный дачный домик. Дело не в том, чтобы кого-то там перерасти, а в том, что Адам никуда не спешит и будет наведываться сюда каждый раз, как появятся новички. Больше чем уверен, что в следующий раз он придет не один, а с живыми примерами, как там хорошо. Удерживать кого-то силой я не буду.
– Но мы ведь тоже можем выдать им все эти вещи, – встряла рыженькая Кристина.
– Да можем, но если сразу это делать, то мы превратимся в доенных коров, – возразил я.
– Но он же так всех уведет, – сказала Марина.
– Я жил там, – усмехнулся я. – Там не сахар. Жить в скале, где нет света, очень специфично. Адам единственный кто живет на самой верхушке, где всегда светло. Так что еще неизвестно, что выберут люди, но речь не об этом. Там всех накормят, но только первую неделю. Вы не ослышались, дальше еду не выдают, если ты не помог чем-то обществу. Работать надо везде, но только обратно мало кто их них сможет сам дойти, если вдруг захочется обратно.
– Но зачем отправлять нас четверых? – возмутилась Марина. – Помочь дойти может и одна.
– Кто? – вопросительно посмотрел я на нее. – Кто? Ты готова отпустить одну Кристину? Зою? Лену?
– Нет, я сама могу, – ответила она.
– Не-ет, – буквально в один голос возразили сестры.
– Нет, – повторила Зоя, – одну не отпустим.
Я усмехнулся.
– Теперь понятно?
Они кивнули.
