– Уверена, что он на всех парах несется к стационарной линии, чтобы начать обзванивать все номера, которые сможет вспомнить. Ведь есть же такие, которые он помнит наизусть.
– Возможно, – согласился инспектор. – Но я почему-то верю всему, что он сказал о телефоне, Барбара. Вы не замечали, что высокие технологии сводят на нет необходимость в мозгах практически во всех областях? Зачем запоминать номер или записывать его в записную книжку или дневник, когда можно просто ввести имя в смартфон и…
– И вы в дамках, – закончила за него Барбара.
– Вот так технологии превращают всех нас в тупиц.
– Инспектор, – произнесла сержант нравоучительным тоном, – а вам не приходит в голову, какой на дворе год, или десятилетие, или столетие, наконец?
– Этот же вопрос мне часто задавала Хелен, – улыбнулся Томас. – Правда, так как она сама не знала, как работает микроволновка, думаю, что она простила бы мне подобный луддизм[169].
– Гм, – пробормотала Барбара.
– Самое главное – то, что у нас теперь есть телефон. – Линли опустил стекло, но не стал заводить двигатель и посмотрел на Барбару: – Позвольте задать вам вопрос, сержант. Вы поверили в эту историю о звонках Тревору Фриману?
– По поводу его сына Финнегана? О необходимости присматривать за ним? – Увидев, что Линли кивнул, сержант продолжила: – Может быть, за ним действительно надо следить, сэр. Повторю лишь, что сказала командир: это тот еще тип.
– Тогда нам необходимо встретиться с ним и составить о нем собственное мнение.
Тревор Фриман был вынужден признать, что в истории его знакомства с будущей женой не было ничего необычного. Она была молодым детективом-констеблем, только что закончившим обучение и поставившим себе целью быстрое продвижение по служебной лестнице. Еще одной ее целью было постоянно находиться в форме, для чего она наняла личного тренера. И этим тренером оказался Тревор.
С самого начала Кловер показалась ему очень напористой. Он часто замечал, что после нескольких недель интенсивных тренировок и мужчины и женщины начинали сачковать и искать причины для их пропуска. Но только не Кловер. Она появлялась в зале, где работал Тревор, выполняла все задания, скрипела зубами, истекала потом, и ее совершенно не волновало, как она при этом выглядит. Естественно, это сразу же его заинтриговало.
Он стал преследовать ее: то пригласит на чашку кофе после тренировки, то предложит выпить в соседнем заведении, то заговорит о совместном обеде. Но ничего из этого не сработало. Тревор уже решил было переключиться на кого-нибудь другого, когда невестка пригласила его на небольшой выпивон, на который также пригласила женщину, которая, по ее мнению, могла подойти Тревору. Сказала, что встретила ее на благотворительном марафоне.
Он пришел и увидел ее. Кловер. Женщина, которую встретила его невестка, действительно отлично подходила ему – у них были совместные интересы. Сначала они оба удивились, потом рассмеялись, и Тревору пришлось объяснить, что же все-таки произошло. А потом, после выпивона, Кловер согласилась пообедать с ним вдвоем.
Правда, во время обеда она сразу же отвергла идею о том, что они могут поддаться чувству взаимной симпатии, возникшему между ними.
– Никакого секса не получится, – предупредила Кловер еще до того, как им принесли меню. – Я уже проходила через все это, но теперь отказалась полностью. Думаю, что должна предупредить об этом сразу же, чтобы мы оба знали, на чем стоим.
Говорила она об этом настолько небрежно, что его полностью убила эта ее поразительная честность, которой Кловер придерживалась в течение всей их совместной жизни. И вот теперь ему приходится думать о Гэри Раддоке. Теперь Тревор услышал это «поговорим после…». И он вполне мог бы разобраться с этим «поговорим после» минут за пятнадцать, если б смог сохранить остатки разума, но его член в очередной раз взял над ним верх.
Он сидел в своем кабинете во «Фриман атлетикс» и размышлял над всем этим, когда на столе зазвонил телефон. А он только собрался пройти к тренажерам с весами… Там один из его работников устанавливал дружеские отношения с одной из посетительниц, являвшейся для него слишком легкой добычей. Ей надо было сбросить четыре стоуна[170], и она находилась в таком разобранном состоянии, что готова была принять ухаживания любого молодого жеребца, если только он был готов быть достаточно нежным. Бойд являлся специалистом по нежности, а Тревор не собирался допускать этого в своем клубе.
Но телефон остановил его еще до того, как он сделал первый шаг. Фриман отвернулся от окна и увидел, что звонок был по его частной линии. «Кловер или Финн», – подумал он.
Но оказалось, что это звонит Газ.
– Я пытаюсь дозвониться до Кло, – сказал он. – Ее мобильный не отвечает, а в офисе ее нет. Ты не мог бы передать ей кое-что, Трев?
Тревор сразу же понял, какой подарок посылает ему судьба.
– А это «кое-что» касается того, о чем вы с Кло планировали «поговорить после»? – поинтересовался он, даже не попытавшись облечь свой вопрос в более осторожную форму.
