— Даниэль, думаю, что тебе стоит встретиться с матерью после нашего совещания и поговорить, — он подошел к нему близко. — Не надо ее обижать. Не тебе. Она беззащитна перед своим сыном. Ты должен это понимать. Она не сможет тебе отказать, противостоять. Дети порой причиняют такую боль, не понимая своих родителей. Потом я буду ждать тебя в своем офисе.
Даниэль покачал головой, он понимал, что тот прав. Он очень многое наговорил Кристине, ему было стыдно за свое поведение, но и мама тоже, как она могла так себя вести, да еще в такой день.
Алехандро зашел в кабинет.
— Вы поговорили?
— Да, мы все выяснили, — Роберто достал бумаги. — Даниэль продолжает работать. Это было недоразумение.
— Роберто, давай переоформим документы. Я приму Даниэля к себе.
— Может вы не будете разговаривать так в присутствии меня, как будто бы меня нет, — Даниэлю не нравилось то, что он не управлял своей жизнью.
Роберто и Алехандро повернулись к молодому человеку. Роберто улыбнулся — он был достойный сын своей матери. Алехандро покачал головой, как же он напомнил ему Кристину. Как она посмела забрать именно его, а не Карлоса. Хотя и Карлоса он не стал бы ей отдавать.
— Ты прав, — первым сказал Роберто.
— Да. Извини, — поддержал его Алехандро. — Надо спросить твое мнение и…
— Мы ничего не будем менять, — перебил его Роберто. — Оставим все как есть. Даниэль, не игрушка, мы не можем его кидать туда-сюда, из-за наших с тобой разногласий и желаний с кем должна остаться Виктория. Они взрослые люди — пусть сами разбираются. Пусть Виктория сама выберет, с кем ей хочется встречаться. С Карлосом или Даниэлем.
Алехандро был удивлен, при чем здесь Виктория.
— Я не понимаю.
— Алехандро, Даниэль работает на меня, даже присутствуя в твоем офисе. Он выполнял тот фронт работы, который я ему установил, то есть он фигурально у тебя числился. А заработную плату платить ему буду я. Так что оставим наши пререкания. Контракт остается в силе. Ты абсолютно ничего не теряешь, Даниэль остается в деле, а это самое важное, давайте приступим к решению наших дел, а то мы уже и так достаточно времени потеряли, — Роберто демонстративно посмотрел на часы.
Алехандро был зол, но ничего не мог поделать. Даниэль ускользал из его поля зрения, пусть он и будет присутствовать на всех совещаниях, но фактически он работает на Роберто. Какой же промах он совершил.
Роберто склонился над бумагами, Даниэль присоединился к нему, Алехандро ничего не оставалось, как молча согласиться с обстоятельствами. Но Кристина не победит. Это она виновата в том, что Даниэль решил уволиться, если бы не это ее решение. Даниэль до сих пор бы работал на него, хотя, наверное, до первой заработной платы, тогда бы все прояснилось и была бы возможность переоформить документы. Опять она вмешалась в его дела. Перешла ему дорогу.
Винсенте стоял напротив Кристины. Она его не видела столько лет, но никогда не забудет. Он просто чудовище, алчное, жадное до денег, слепое к страданиям своих пациентов.
— Ты чуть не убил меня. Ты совершенно не заботился о моем здоровье, тебя интересовал только ребенок. Зачем ты пришел в этот дом?
— Увидев тебя на том торжестве, я был очень удивлен, что ты выжила.
— Ты никогда больше не обретешь спокойствия, — Кристина держалась уверенно. — Я выжила, но не благодаря тебе, хотя ты старался, чтобы я не пережила тот день. Как ты еще можешь называть себя врачом. Тебе не место в больнице.
— Ты забываешься, у меня работает твоя дочь. Хотя ты знаешь, я сильно сомневаюсь в том, что ты для меня опасна. Тебе бы следовало опасаться меня, опасаться того, что я могу сделать с Сабриной. Она, кстати, в курсе, что ты ей не мать?
— Ты не посмеешь вмешиваться в ее дела. Не посмеешь ей ничего рассказать. Забудь о ее существования, только попробуй ей навредить и тогда твоей практике придет конец. Я вынесу все твое грязное белье на обозрение.
— Интересно, какое именно? Если ты о себе, то никто тебе не поверит. Это было давно. Да и для начала тебе придется все рассказать детям. Они как я понимаю, ничего не знают о событиях тех дней.
— Зря радуешься. Прежде, чем угрожать мне, подумай, так ли ты безгрешен? — Кристина старалась напасть первой, не давая возможности себя запугать.
— Пустые угрозы, ты ничего не сможешь сделать, — Винсенте вытер пот со лба.
— Ошибаешься, — Кристина сделала шаг к нему, — когда творишь свои грязные делишки, помни, что тебе надо прибирать за собой, а ты достаточно наследил. Не трогай мою дочь, оставь ее в покое. Не приближайся ко мне, это будет залогом твоей свободы. Если со мной или моими детьми что-нибудь случится, если они что-нибудь узнают, то те настоящие снимки попадут туда, куда следует.
Винсенте побледнел. Она в курсе. Как же он этого боялся. А что еще успел сказать ей Рафаэль? Неужели и про Карлоса тоже.
— А Карлос? Он рад?