— Муж пришел, а жена его не встречает — вот что случилось, — Роберто раздраженно стал снимать одежду, не обращая никакого внимания на испуганную женщину. Раздевшись, пошел в душ.
Палома встала с кровати, собрала разбросанную одежду. Вся одежда была пропитана женскими духами. Ее муж встречается с другими женщинами. Паломе было больно осознавать, но ничего поделать, даже сказать ему об этом она не могла. У них договоренность, что она не имеет права вмешиваться в его жизнь. Сможет ли она вынести все это…
Алехандро засиделся на работе допоздна. Идти домой не хотелось. Ехать на ранчо, после утреннего события — не было абсолютно никакого желания снова там появляться. Хотя бы какое-то время. И все же радость переполняла его. У него будет ребенок. Это будет сын. Он знает, уверен. В его семье рождаются только мальчики. Другой мысли он даже не допускал. Алехандро стал обходить кабинеты. Его переполняло чувство обладания всем этим имуществом. Увидев свет в одном кабинете, Алехандро нахмурился. Это был офис Николаса. Все было хорошо в работе, но присутствие Николаса. Сына этой женщины. Как вечное напоминание ее незримого присутствия в его жизни. Как бы ни старался Алехандро, не замечать Николаса, он не мог. Он мог порой его подставлять. Но отец пресекал эти его попытки. Любая ошибка Николаса воспринималась, как подножка Алехандро. В конце концов Алехандро понял, что смысла в подставах просто нет. Отец всегда был на стороне своего приемного сына. Сына, с семьей которого он жил. Совершенно чужими ему люди. Он общается с сыном Николаса, называет его внуком. Скоро у него появится его родной внук. Именно это заставило его зайти к Николасу.
— Скоро закончится твое торжество, ты лишишься моего отца. Ты ему никто. Как и вся твоя семья.
Николас, молодой мужчина, с тонкими чертами лица. Он был сильно похож на свою мать. Может именно это держит отца. Его внешнее сходство с ней, женщиной, которая заняла место его матери.
— Роберто, никто не забирал твоего отца. Он сам решил жить с нами. Видимо с тобой ему неудобно.
— Неудобно? О чем ты говоришь? Как ему может быть неудобно в своем собственном доме? Там, где его семья. А его семья — это я. Я его родной сын.
— Бывает так, что родные становятся чужими. А чужие — становятся ближе и роднее.
— Мне все равно, но ты никогда не получишь наследство моего отца. Как его не получила твоя мать. Так и тебе его не видать.
— Я не стремлюсь к обладанию. У меня есть работа. У меня дом. Есть семья. Отец, который вырастил. Пусть не родил, но научил жить.
— У тебя это есть, пока отец тебе это дает.
— Отец меня поддерживает. Семью нужно создавать самому. Это кропотливая и долгая работа. Но думаю, тебе этого не понять. Мне искренне жаль тебя — ты ничего не видишь из-за своей навязчивой идеи.
— Я вижу то, что самозванец хочет обладать тем, что ему не принадлежит. Пусть отец и живет с тобой сейчас, но очень скоро все измениться. Все встанет на свои места.
— У тебя патологическая мания вернуть отца. А ты хоть раз задумывался — почему он ушел из дома.
— Из-за твоей смазливой мордашки. Она так напоминает ему его шлюшку.
Николас подошел близко к Алехандро.
— Никогда, слышишь, не называй мою мать шлюхой. Она была замужем за твоим отцом. За человеком, который принял меня. Воспитал. Считает своим сыном. Я не позволю тебе причинять ему боль.
Алехандро не стал развязывать драку. Не потому, что боялся, просто не хотел в очередной раз доставить удовольствие Николасу поплакаться отцу. Он отступил.
— Я его не трогаю. Но скоро, очень скоро все измениться.
Алехандро с такой силой захлопнул дверь, что посыпалась штукатурка. Николас устало опустился в кресло. Работать здесь ему совершенно не хотелось, но обещание, данное отцу, не позволяло ему уйти с этой работы. Он должен быть здесь. Практически правая рука Алехандро. Порой выгодные контракты очень трудно заключать, ввиду их постоянного конфликта. И слава богу Алехандро в последний момент изменяет тактику и сменяет гнев на милость — только бы получить контракт, и чтобы потом как можно меньше общаться с Николасом. Правда последнее время их стычки стали реже. Алехандро выбрал тактику игнорирования. Не раз они задерживались в офисе допоздна, оставшись одни. Но каждый раз уходили по одному, так и не встретившись. Обсуждать вопросы было сложнее, но они возникали. Порой передавали документы друг другу через секретарей. Ко всему можно приспособиться. Николас устало потер виски. Обещание и обязательство, данное отцу, крепко привязали его к этому месту…
Время не стоит на месте, движется. Один день сменяется другим. Кто-то не замечает времени. Для кого-то же оно тянется. Порой мы считаем минуты. А бывают случаи, когда всем существом стараемся остановить время. Но это не подвластно человеку. Он может лишь наблюдать за его ходом.
Прошло еще две недели.