Ася поздоровалась с участковым. Эксперты уже отработали. Ей протянули свежие фотографии, отпечатанные на мобильном принтере. Они боролись, эти твари, — оба трупа лежали на полу, сплетясь в смертных тисках. На журнальном столике стояли две пустые бутылки из-под водки, третья была опорожнена наполовину, — вот из-за чего эти ублюдки стали выяснять отношения, подумала Ася, алкоголь убрал тормоза, старые обиды вылезли наружу, в финале — два трупа.
Коростылев осмотрел разложенные на столе, убранные в целлофановые пакеты улики — эксперты собрали окурки, обгорелые спички, смятые бумажки с номерами телефонов, ключи с брелоками. Коростылев взял двумя пальцами пакетик с брелоком, но без ключей.
— Узнаешь? — Он посмотрел на Асю, ехидно улыбаясь.
— Что? — Она отвлеклась от фотографий.
— Брелок. Такой брелок висел на ключах у Миши Соболева.
— Мало ли брелоков.
— Нет, моя дорогая, такой один. Его Мишка сам выточил из куска железного прута. Этот человечек, с большой головой и длинным членом из гибкой пружинки, эксклюзивная работа.
— Ты хочешь сказать, что здесь был Миша?
— Ничего не хочу сказать. Может, этот брелок выпросил у него один из погибших хмырей.
— Не виляй, Коростылев, ты думаешь на Мишу.
— Да, я думаю на Соболева! Этот брелок очень и очень испортит ему настроение.
Ася забрала пакетик с брелоком, потрясла. Да, это брелок Миши — все управление знало знаменитого человечка. Что же здесь делал Миша?
— Где нашли? — спросила она у экспертов.
— На ковре, рядом с трупами.
— Может, уроды положили своих, а рядом бросили брелок, чтобы навести нас на Мишу?
— Зачем им наводить? Миша — один из них. Я сам видел его с этими… — Коростылев повел плечами, словно озябнув. — Здесь есть чай?
— На кухне. Только заварили.
Надо связаться с Мишей. Вдруг «молниеносные» заподозрили его в «подрывной деятельности»? Нет, если бы они раскрыли Мишу, они бы не стали подбрасывать брелок, чтобы скомпрометировать его в глазах коллег, а быстро грохнули бы и спрятали труп в темном-темном лесу, где никто никогда не бывает и никто ничего не найдет. Значит, при таком раскладе возможны два варианта: или точно у «молниеносных» идет резня и дележ власти и у Миши есть враги, которые ни сном ни духом о его тайном задании не знают и таким образом пытаются «сдать» его полиции, чтобы ослабить противника, или Миша сам здесь присутствовал и потерял брелок.
Вернулся с чашкой горячего кофе Коростылев, удивленно кивнул Асе:
— Чё?
— Надо переговорить с Мишей, — сказала Ася, чем довела Коростылева до точки кипения.
Он возмутился:
— Ты будешь с ним говорить? С оборотнем?
— Если нужно — поговорю. Что он здесь делал, если он здесь был?
— Убивал, — отрезал Коростылев и нахмурился. Он тут же передумал пить кофе и поставил чашку на стол.
— Прекрати, Коля. Тут чистая ссора подельников, явная пьяная драка со смертельным исходом.
— Ты следователь, тебе видней.
Оставив Коростылева на квартире, где были обнаружены трупы, Ася поехала домой — требовалось как следует выспаться, чтобы завтра с утра, ознакомившись с заключениями экспертов (медицинское освидетельствование, отпечатки пальцев, нож, пистолет и т. д. и т. п.), попытаться реконструировать ход событий того рокового вечера, а потом главное — налет на драмтеатр, где собирались гудеть оргунковские отморозки, справляя именины Еврея.
Просидев в бездействии несколько часов, глупо пялясь в экран телевизора, Миша переоделся в спортивный костюм, набросил на шею золотую цепь и отправился на улицу. Темнело.
«Тойота» ждала у дверей подъезда. Он подбросил и поймал брелок с ключами.
Ну и куда он поедет? Город есть город, а Стеклова, которую позарез надо было найти, одна на все это скопище народа.
Миша сел в машину, завел двигатель, оглядываясь, дал задний ход, вывернул и, резко дав по газам и пролетев проулок, влился в общий поток дорожного движения. Включил радио. Плавная мелодия выветрила раздражение. Итак, он едет по уже ночному городу, у него есть желание найти одну даму, которая скрывается от бандитов и полиции. Как это сделать? Надо узнать место, где она отсиживается. У кого узнать? У того, кто знает. Как найти того, кто знает? Надо думать. Стеклова вернулась в город не просто так, она вернулась для чего-то, ей необходимо или что-то сделать здесь, или с кем-то переговорить. Могла она свое дело уже завершить и убраться восвояси? Могла.
Утопив педаль тормоза, Миша свернул с дороги к сверкавшему зазывными огнями ночному кафе. Требовалось взбодриться рюмкой-другой коньяка — для куражу. А как же потом за руль? А мало ли ментов пьяными ездят — одним больше, одним меньше…
«Ты же правильный мент!» — возмутился внутренний голос.
Миша послал его подальше.
Закрыв машину, он вошел в накуренное, прорезаемое импортной ревущей музыкой помещение. Ухмыляющийся, знающий о жизни все бармен виртуозно взбивал очередной алкогольный коктейль. Четверо хмырей сидели на высоких табуретах у стойки, курили, пили. Из десяти столиков три столика были свободны.
