— Но… но мой поступок… он задел вас и камнем висит на мне… Мне кажется, нам лучше разобраться с этим и оставить все в прошлом.
— А-а-а… Так ты хочешь, чтобы я избавил тебя от чувства вины?
Все, сейчас она разревется. «Зачем он так? — тоскливо подумала Кира. — Неужели думает, что это легко — напрашиваться на наказание, при одной мысли о котором хочется сбежать?»
— Я хочу, чтобы вы меня простили, — ответила она, сглотнув комок в горле. — И если мое наказание — это отсутствие прощения, то так тому и быть.
— А не пожалеешь? Мы еще не обсуждали пределы допустимого.
— Я вам доверяю… — выдохнула Кира. — И у меня всегда есть стоп-слово. Верно?
— Верно… Правила помнишь?
— Беспрекословное подчинение и нельзя разговаривать, пока вы не разрешите, — отбарабанила Кира.
Илья не выглядел довольным или разочарованным, внешне в нем ничего не изменилось, но Кире показалось, что-то изменилось в гнетущей атмосфере, от которой противно сосало под ложечкой весь вечер. Все же она правильно поступила, отказавшись от поблажки. Но как же страшно! Что ждет ее впереди?
— Продукты все равно нужны. Марш из машины, Кира. Сессия началась.
Правильно говорят, ожидание наказания страшнее самого наказания. Особенно для неискушенной девчонки, которая плохо представляет, каким оно будет.
Илья не наслаждался Кириными страданиями. Он злился, и злился так сильно, что сознательно откладывал порку. Стоило ему представить, чем все могло закончиться — и темнело в глазах. А ярость — это плохо. Наказание должно быть взвешенным и разумным.
Киру следовало проучить. Во-первых, за глупость. Излишняя эмоциональность и нетерпеливость не доводят до добра, а уж для сабмиссива и вовсе непозволительны. Во-вторых, за попытку манипулирования. Ее счастье, что она новичок в Теме, иначе за такое он вообще выставил бы ее вон. Но тем важнее закрепить урок, чтобы в дальнейшем и мысли не возникло управлять Домом, потакая собственным желаниям.
В продуктовом супермаркете Илья незаметно наблюдал за Кирой. Она нервничала, но вела себя скромно и сдержанно. Кажется, ее пугало, что Илья объявил о начале сессии в публичном месте. Он поздравил себя с удачным решением. Сам получил возможность успокоиться, а Кира пусть мучается от неизвестности. Это тоже заставит ее в следующий раз сначала включить мозги, и лишь потом что-то делать.
— Ты умеешь готовить? — поинтересовался Илья, оценив сегодняшний ассортимент отдела кулинарии.
— Да, — уверенно ответила Кира, потом ойкнула и добавила: — Господин.
Илья отметил, что она не стала оглядываться и проверять, слышит ли ее кто-нибудь.
— Совершенно необязательно добавлять это обращение после каждой фразы, — сказал он. — Я должен чувствовать твое отношение ко мне, как к господину. Мне этого достаточно.
— К-к… — начала было Кира, явно собираясь спросить, как ей это сделать, но вовремя спохватилась. — Хорошо, я буду стараться.
Илья даже не кивнул, принял этот ответ, как должное.
— Итак, готовить ты умеешь. Я выберу рыбу, а ты — все остальное, чтобы ее приготовить. Запеченная подойдет. Можешь спрашивать, если возникнут вопросы, но только по существу.
Кира обошлась минимумом. Всего-то уточнила, какие специи есть у него дома и какое масло он предпочитает. И управилась довольно быстро, добавив к охлажденной семге соевый соус, аджику, лук, морковь, болгарский перец, помидоры и зелень. Так же шустро были выбраны продукты для гарнира и десерта. Илья не спрашивал о ее предпочтениях, диктовал свои. Кира ни о чем не просила и даже виду не подавала, что ей что-то хочется. «Малоежка, — вспомнил Илья, — к тому же вынужденно экономит на еде». Однако сегодняшний вечер не располагал к тому, чтобы баловать девочку вкусностями.
Порог квартиры Кира переступила с благоговейным ужасом на лице. Видимо, помнила, что час расплаты близок, и в то же самое время не могла скрыть любопытство.
— Полы теплые, тапочек в доме не держу, — сообщил Илья застывшей у порога Кире. — В кабинет не входить никогда, в мою спальню — только с моего разрешения, гостевая по коридору налево, там есть и ванная комната, кухня и столовая — направо. Разбирай продукты и готовь ужин.
Он заглянул на кухню через несколько минут. Кира быстро освоилась, без труда ориентируясь в многочисленных шкафчиках, дверцах и ящиках.
— Кира, ты меня пугаешь, — признался Илья. — Ты была здесь раньше?
Она не сразу поняла, о чем он говорит, и нахмурила лоб, выуживая из шкафа сковороду.
— М-м-м… Нет.
— Тогда откуда ты знаешь, где она лежала? — он указал на сковороду.
— А-а-а… Так все кухни похожи? До… У родителей почти такая же, и сковородки удобнее хранить в этом отсеке.
— Понятно. С плитой справишься?
— Да.
