Александр Горбовский
Находка
В западной оконечности территории раскопок прослеживаются следы скопления кусков глины и каменных обломков, большинство которых не имеет определенной формы и назначение которых не ясно. Обращают на себя внимание обломки с острыми краями, которые могли быть использованы возможными обитателями стоянки..."
Исидор Саввич отложил ручку и ласково посмотрел на стопку исписанных листков. Стопка была довольно солидной, она уже не помещалась в папке, и это радовало его. Правда, предстояло исписать еще примерно столько же. Совокупность этих исписанных листков и должна была составить то, что обозначается термином "докторская диссертация". Собственно говоря, только ради этого и сидел он сейчас в этот жаркий августовский день на месте раскопок, вдали от цивилизации, под этим раскаленным тентом. Более удачливые сверстники и коллеги давно стали уже докторами и проводили сейчас время где-нибудь на собственных дачах или курортах.
Исидор Саввич отогнал эти мысли, мешавшие работать, и снова взялся за перо.
"Отсутствие каких-либо следов огня, керамики, а также костных остатков никоим образом не может служить доводом в пользу предположения, что ареал, избранный для работы экспедиции, не мог служить некогда местом стоянки обитавших здесь племен. Подобная постановка вопроса представляется нам сугубо спекулятивной и антинаучной..."
Было жарко. Он выпил кефира, который стоял рядом в ведре с холодной водой, хотя легче от этого не стало. Рубашка прилипла к телу, но чувство достоинства не позволяло ему снять ее. В свои пятьдесят лет он цепко держался взглядов, привитых ему в молодости. Начальник экспедиции - и вдруг расхаживает перед своими людьми гольм по пояс! Разве может человек в таком виде сохра-нить авторитет или уважение? А он весьма дорожил и тем и другим. Вот почему, завидев торопливо приближавшихся к нему Володю и Тимофея, он почти бездумно, рефлекторно придал лицу своему то выражение, которое больше всего соответствовало его представлению об ученом, поглощенном чрезвычайно важной работой.
- Да? - рассеянно фальцетом спросил он, не поднимая головы.:
- Исидор Саввич! - Володя с трудом переводил дыхание. - Идите скорее - что мы нашли! Мы оставили все, как было...
Он был сыном его приятеля, этот Володя. И вот, окончив школу и начитавшись о всяких открытиях и загадках, напросился в экспедицию.
- Ну, так что же там случилось? - Теперь он мог позволить себе отложить перо и взглянуть на них.
- Уж вы, Исидор Саввич, сами пойдите посмотрите. - заговорил Тимофей. Потому что мы как увидели, сразу - к вам...
Исидор Саввич неохотно стал было подниматься, как вдруг сладостное, щемящее чувство охватило его. Предчувствие открытия, это было ощущение, которое не посещало его с отдаленных студенческих лет. Но уже через секунду эту светлую и бездумную радость заслонила другая. Он представил себе уважение, почет и плохо скрытую зависть своих коллег, увидел себя делающим сообщение об открытии на одном из конгрессов, увидел корреспондентов, подобострастно берущих у него интервью. За какую-то долю секунды он успел во всех деталях представить себе тот крохотный бугорок, который в его масштабах представая ему Монбланом известности и Эверестом славы. И еще об одном успел по-думать он, пока, шагая сквозь негустой кустарник, они пробирались к месту раскопок. Как странно устроена жизнь! Ведь, собственно говоря, нашел не он, а они, эти двое, десятиклассник Володя и Тимофей. Тем не менее, вся заслуга будет приписана ему. Впрочем, разве не то же самое произошло с открытием Америки? Адмирал спал в своей каюте, когда один из вахтенных матросов закричал: "Земля!" И вот каждый знает, что Америку открыл Колумб. Но никто не помнит даже имени этого матроса. Это были странные и непривычные для него мысля, и он удивился, поймав себя на том, что думает о подобных вещах.
... Они стояли над нешироким участком ровно снятой земли с глинистыми срезами, резко уходящими вниз. На самом дне, на пепельном квадрате разрыхленного грунта темнело Нечто.
Через секунду он уже стоял на коленях, склонившись над находкой ", стараясь не дышать, мягкой кисточкой сметал с гладкой металлической поверхности комочки налипшей земли.
- Володя, - услышал он свой срывающийся голос. - Сбегайте за фотоаппаратом. Быстро! А вы, - это он говорил уже Тимофею, - несите сюда масштабную линейку. Она должна быть во второй группе.
Только теперь, когда он остался один, пугающая странность наход-ки стала доходить до него. Этот непонятный предмет залегал значительно ниже слоев, в которых когда-либо находили следы человека.
