Мир гетеро-омегаверса! Люди привыкли не замечать таких, как Анхели. Привыкли быстро проходить мимо, отворачиваться, отмалчиваться и делать вид, будто их не существует. А они есть! И есть она – Анхели. Улыбчивая и добросердечная, милая и наивная, любящая всех без разбору. Содержит нецензурную брань.
Глава 1. Анхели и новая соседка
Это был особенно прекрасный осенний день. Небо было равномерно серым. Дождь легким. Воздух освежающим. Анхели вышла из дома под невесомые прохладные капли и глянула себе под ноги. Резиновый сапог самым носком щелкнул по неглубокой луже и по ее отражению пошли волны, коверкая его. Волна за волной лицо в отражении приобретало кривые гримасы. Капли дождя дополняли сумятицы лужному зеркалу. Анхели оторвала взгляд от лужи, щурясь, взглянула в небо. Затем осмотрелась вокруг. Да, это особенно прекрасный осенний день! Только в такой день и можно ощутить покой природы, да полюбоваться разноцветьем зонтов.
Мимо Анхели, старательно отворачиваясь, проскочил человек под розовым зонтом.
– Здравствуй, Далини, – поздоровалась Анхели, но ей не ответили, лишь ускорив шаг.
Анхели была бетой, а Далини была омегой, только на два года старше. Далини было уже двадцать два, а вот Анхели двадцать ровно. Далини была красива, но отчего-то всегда очень смущалась и прикидывалась глухой. Анхели лишь однажды удалось поговорить с омегой. Правда, совсем недолго. Омега сильно смутилась, узнав, что Анхели бета и замолчала, а потом ее кто-то позвал и она убежала. С тех пор Далини всегда смущалась и убегала, куда-то торопясь. Анхели ее не винила за это. Мало ли какие у той были причины. Ну, смущена и смущена. Не хочет говорить? Ну, что ж, иногда и Анхели любила помолчать.
Далини очень скоро скрылась из виду, мелькнув на прощание ярким зонтом. Анхели же натянула капюшон, перешла дорогу и прошла на детскую площадку. Там под качелями разлилось лужевое озерцо. Бета присела возле него на корточки. В озерце, разбиваемом тонкими капельками дождика, отражались голые ветви дерева. В воде плавали еще желтые листья. Анхели подняла голову, взглянула на дерево. Вот оно стоит пустое без единого листа, а вот здесь, в луже, оно все еще с листьями. Анхели поводила пальцами по воде. Отражение исказилось, со дна озерца поднялась грязь. А вот теперь дерево осталось только одно, потому что зеркало воды пропало.
Анхели улыбнулась и поднялась на ноги. Протопав в высоких резиновых сапогах по луже, она разогнала листья и окончательно взбаламутила воду. Выйдя на сушу, бета пошла дальше. Двор, остановка, еще одна, желтый автобус, красивая машина, лохматая собака, кто-то потерял перчатку. Анхели уже прошла было мимо, но затормозила. Сделала шаг назад, присмотрелась к потерянной вещи. Вишневая бархатная перчатка с красивой вышивкой. Размер маленький – не альфья. Бета подняла перчатку, встряхнула ее и спрятала в карман.
Анхели любила такие вещи – кем-то утерянные, имеющие свою историю, а может причину. Однажды, например, ей попалась на глаза утерянная кем-то золотая ручка. На ней были инициалы и красивая резьба. Анхели долго думала, кому бы она могла принадлежать – альфе или омеге, а может быть бете? Это, безусловно, был подарок! Анхели была в этом уверена. Она иногда пыталась представить, сильно ли человек расстроился, утеряв этот подарок. Иногда она думала, что ручка и вовсе не была потеряна. Может быть, ее выбросили? Обиделся человек на дарителя и выбросил. А почему обиделся? Может, был предан? Или был не понят? Или настроение было плохим? Или все же человек ее потерял? Интересно.
Анхели достала из кармана перчатку. Рассмотрела замысловатую вышивку. Эта точно утеряна! Ведь если бы выбросили, то обе, а тут только одна! Интересно, подарок или нет? Свернув влажную вещичку, Анхели снова спрятала ее в карман. Ноги тем временем вели по узкому тротуару. Намокший велосипед, старое такси, мокрая ворона, букет разноцветных зонтов. Розовый, красный, оранжевый, синий, серебристый, зеленый, желтый с улыбкой. Кондитерская.
Анхели всегда останавливалась возле кондитерской, чтобы поприветствовать кондитера. Кондитер был застенчив. Он стеснялся улыбаться и чаще хмурился. Говорить он тоже стеснялся, лишь бурчал что-то тихонько и махал на Анхели рукой. Анхели недолго стояла возле большого окна в кондитерскую, улыбаясь кондитеру. Затем, махнув ему рукой, уходила. Она проходила мимо больших витрин, улыбалась людям, иногда махала им рукой, иногда здоровалась, и иногда ей отвечали. Люди всегда торопились, часто отводили глаза, отчего-то смущаясь. Анхели знала, что она одна такая – не стеснительная, улыбчивая, приветливая. Но, так или иначе, ей не было одиноко. Ей всего двадцать лет, она еще обязательно встретит такого же человека, как она. Тот станет ему другом. Или подругой. Обязательно станет. Вот это будет встреча!
За такими мыслями бета возвращалась домой той же дорогой. Она прощалась с постовым полицейским на одном из перекрестков, с кондитером в кондитерской, гладила лохматую собаку. Дома она снимала куртку и сапоги. Она наливала себе чашку сладкого чая, шла в комнату и включала телевизор. Колонки у телевизора были сломаны, но зато там можно было увидеть, как люди улыбаются.
