Виталий Ларичев,
доктор исторических наук
Находки в Сибири
В ЗАПИСНУЮ КНИЖКУ ФАНТАСТА
Где заканчивается наука и начинается фантастика? И где
кончается фантастика и начинается наука? Вряд ли очень точно можно
указать границу. Фантастика питается научными гипотезами и идеями,
но научно-фантастическую художественную литературу нельзя свести к
популяризации научных положений. Однако оригинальные гипотезы,
едва брезжущие предположения ученых, умело изложенные, имеют и
свою эстетическую и фантастическую ценность. Не только ученые, но
и любители порой многие годы отдают (а бывает, и небезуспешно!)
разработке "невероятных мыслей", разведочных идей. Естественно,
что не все эти разведочные идеи обоснованы с научной строгостью,
возможно, какие-то из них в дальнейшем не подтвердятся. Однако
художественно изложенные, они дают пищу для раздумий самому
широкому читательскому кругу, дают простор воображению и толчки
для создания новых фантастических гипотез, чем и обогащают
художественную научно-фантастическую литературу. Исходя из этого,
редакция научной фантастики вводит в данном сборнике рубрику "В
записную книжку фантаста".
ЛУННЫЕ ФАНТАЗИИ?
Сто лет назад сэр Норман Локьер, известный своими исследованиями в области спектроскопии и физики Солнца, заинтересовавшись величественными культовыми памятниками древнейших цивилизаций - Египта, Шумера и Греции, заметил в созданных тысячелетия назад храмах и загадочных каменных сооружениях то, что и следовало увидеть профессиональному астроному.
Храмы и культовые строения, как удалось установить Локьеру, ориентировались строителями на горизонт с учетом определенных закономерностей движения по небу Солнца и Луны. Как человек на редкость широких научных интересов, в том числе, к счастью для будущего археологии, и гуманитарных, он понял, что ему посчастливилось соприкоснуться не только с истоками астрономии, а следовательно, геометрии и математики. Знание мифологии, культов, связанных с небесными светилами, древних календарей и ранних культур Европы и Ближнего Востока привело его к значительно более глубоким общекультурно-историческим выводам. Норман Локьер увидел в сухих "астрономических аспектах" археологических памятников ключ к познанию интеллектуального мира древних, к уяснению масштаба проникновения первобытного человека в тайны природы.
Казалось, археологи, призванные по долгу службы представить современникам истинный облик их далеких предков, должны были приветствовать новую отрасль науки, рожденную на стыке астрономии, археологии и истории культуры. Парадоксально, но все оказалось как раз наоборот! Знатоки древностей, познавшие в вещах каждую дырку, сделали вид, что не замечают ни статей, ни даже книги Нормана Локьера. Он же, по-видимому, заподозрил археологов в намеренном уклонения от серьезной работы, а также в желании и далее спокойно заниматься наукообразной классификацией битых горшков. Поэтому-то в 1905 году в ведущем научном журнале мира "Нейча", создателем и редактором которого был сам Локьер, появилась его обвинительная статья "Несколько вопросов археологам".
Разразился грандиозный скандал, определивший на десятилетия вперед островраждебное неприятие археологами всех, кто в их епархии осмеливался говорить об астрономических аспектах. Статьи отчаянных смельчаков презрительно назывались "лунными фантазиями", а выводы определялись как "бесплодные предположения" и "оголтелое теоретизирование". Началась пятидесятилетняя война, полная тяжелых потерь...
Все же борьба в защиту величия предка окончилась капитуляцией археологов. Но для этого им пришлось предъявить доводы беспристрастных в спорах электронно-счетных машин, а машины научил проигрывать "астрономические аспекты археологических памятников" английский астроном Джеральд Хокинс. Правда, закоренелый скептицизм жив до сих пор, и недаром тот же Хокинс, который внес решающий вклад в становление археологической астрономии, не так давно горько писал, что ему постоянно хочется посвящать свои статьи по этой тематике "человеку каменного века - непонятому, оклеветанному, недооцененному". Но хорошо уже то, как утверждает еще один специалист по археоастрономии, Джон Вуд, что теперь в археологических кругах можно наконец обсуждать вековой давности темы сэра Нормана Локьера "без малейшей неловкости".
КУЛЬМИНАЦИЯ СВЕТИЛ
Хокинс, раскрывая перипетии тягостной борьбы со скептиками, в своей книге вспомнил о примечательном разговоре с одним знатоком каменного века Европы. Тот в качестве довода невозможности предложенной оценки Стоунхенджа как обсерватории бронзового века в Англии сослался на то, что ведь в других местах мира "ничего подобного нет". В самом деле, не может же быть, что Стоунхендж "единственный и неповторимый", а научная основа, заложенная в его впечатляющих архитектурных конструкциях, "не отразилась в культуре где-нибудь еще".
