— Магистр, вы знаете, где он? Это очень опасно? — взволнованно уточнила девушка, обеспокоенная судьбой названого брата, который, вот балбес, даже не попрощался с нею по-человечески, потому что увлекся новой игрушкой.
— Ох, надеюсь, что не опасно, милая девочка, — огладил бородку маг и поделился своими соображениями: — Гидарисом звался старший двоюродный брат нашего короля, еще при жизни вошедший в легенды рыцарей и драконоборцев. Великий воин сгинул без следа в свободном странствии. На поиски отправлялись многие, но, увы, тщетно. Вместе с его высочеством пропали величайшие реликвии Таравердии: знаменитый королевский меч Сокрушитель, считающийся опорой трона, и щит Опекающий.
— Тогда почему ты считаешь, что Ламар вне опасности, коли сгинул этот ваш легендарный? — нахмурился Аш, начиная немного беспокоиться за дурня-рыцаря и разрываясь между долгом Веспану и дружеским участием, требующим спасения таравердийца из омута мечты.
— Гидарис ко времени своего исчезновения находился уже в очень зрелом возрасте… — бережно начал подбирать магистр слова, но резковатый сейфар не дал ему закончить.
— Ты хочешь сказать, старик сбежал из дома, чтобы помереть не в постели, а с мечом в руках, как и подобает легенде?
— Воистину, — укоризненно приподняв брови, дескать, зачем же в такой грубой форме-то все объяснять, покивал Коренус и добавил: — Ламар и Камелит с детства грезили судьбою драконоборца, они выросли на историях о подвигах Гидариса Непобедимого. А его величество Карелит, батюшка нашего принца, весьма скорбел о пропавшем родственнике. Из-за разницы в возрасте рыцарь был монарху скорее дядюшкой, чем братом, а после смерти отца и вовсе заменил родителя.
— Что ж, тогда пусть Ламар идет и заберет кости своего идеала, может, когда ему придет пора помирать, придумает что-нибудь поинтереснее, чем сбежать с реликвиями трона и сгинуть, — жестко согласился Аш и быстро предложил, почти приказал: — Иди, Ольга, твоя очередь! Ты ведь хочешь домой? Так иди! Радужный Мост должен доставить тебя, куда пожелаешь!
— Домой? — Девушка растерянно оглянулась на сейфара, на магистра.
Да, конечно, домой хотелось, но она не думала, что все получится вот так, без долгих проводов, без настоящего прощания с теми, кто стал друзьями. Даже без общего обеда… Или ей только показалось, что они стали друзьями, что между ними протянулись какие-то нити доверия и симпатии, а на самом деле Ашу нужен был только перстень с камнями. Чем больше, тем лучше, чтобы Арка сработала наверняка! Неужели лишь поэтому он заботился о хранительнице реликвии, оттого и берег? А теперь, когда дело было сделано, она стала лишней, ненужной. Она обуза для сейфара и должна уйти, отойти в сторону и не мешать. Что ж, если надо, значит, надо…
— Да, я пойду, спасибо вам за все! Магистр, пожалуйста, заходите в гости, когда захотите. Мы с бабушкой будем рады. Аш, спасибо за то, что заботился обо мне и спасал. Передайте Ламару, пусть будет счастлив! Я пойду.
Торопливо, не дожидаясь ответа, Оля отвернулась, чтобы никто не видел слез, катившихся из глаз против воли, подобрала вещи и почти бегом устремилась к Арке Мечты. Радужный Мост вспыхнул под ногами. Поспешные шажки кроссовок прошуршали по камню, и Оля исчезла в сиянии.
— Зачем ты так с ней? Мне казалось, девушка тебе нравится, — растерянно, тоже ощущая неправильность, если не нелепость происходящего, спросил Коренус.
— Вот именно, — коротко согласился Аш и темный, острый взгляд его потускнел.
— Тогда зачем? — продолжал допытываться старик и с упреком прибавил: — Она плакала.
— Я сейфар, нелюдь, монстр, созданный для сражений с тварями. Пусть уходит в свой уютный мир, где никто не носит оружия и нет ничего страшнее хама в хлебной лавке. Там она будет в безопасности. Там ей будет лучше, чем здесь, с кем бы то ни было, и уж тем паче со мной. Веспан не ваша милая Таравердия, маг. Среди нас почти нет людей, она чувствовала бы себя несчастной, слабой и чужой… — Аш говорил и говорил, убеждая не только и не столько старого магистра, сколько самого себя, а потом замолчал, махнул рукой так же, как Коренус, провожавший Ламара, и тяжело вздохнул.
— Значит, ты выбрал за себя и за нее разом, — с явным неодобрением подвел итог моральным терзаниям сейфара магистр и предложил: — Тогда ступай, теперь твоя очередь.
— Иду, и я благодарен за помощь, маг. Пусть Семеро хранят тебя. — Аш подцепил с травы медальон, накинул привычным жестом цепочку через голову и целеустремленно зашагал к радужной пелене.
— Пусть Семеро хранят и тебя, принц-сейфар, — покивал Коренус и шепотом добавил с удивительно теплой и мудрой улыбкой: — Пусть они не позволят тебе убежать от судьбы и счастья. Ты ведь поможешь ему, Вторая? Вы ведь поможете девочке, Семеро? Она сделала для всех нас и для вас немало и не ждала награды…
Почему-то в переливах радуги моста, будто отвечая на слова мага, ярко полыхнул оранжевый — цвет богини Хранительницы, Соединяющей Судьбы.