Накопление капитала полностью

Взамен этого и одновременно с этим возникает новый сбыт, — сбыт государству, обладающий всеми прелестями нового поприща для реализации прибавочной стоимости. Часть денежной суммы, входящей в обращение переменного капитала, отделяется от этого обращения и, переходя в руки государства, создает новый спрос. Тот факт, что это явление с точки зрения налоговой техники происходит иначе, — вся сумма косвенных налогов фактически авансируется капиталом государству и возвращается капиталистам при продаже товаров в цене, которую уплачивают потребители, — не меняет экономической стороны этого явления. Экономически решающее значение имеет то, что денежная сумма, функционирующая в качестве переменного капитала, служит сперва посредником для обмена между капиталистом и рабочей силою, чтобы затем, при обмене между рабочим как потребителем, и капиталистом как продавцом, перейти отчасти из рук рабочего к государству в качестве налога. Этим самым денежная сумма, брошенная капиталом в обращение, выполняет сперва свою функцию в обмене с рабочей силой, чтобы начать затем в руках государства совершенно новое движение; она выступает здесь как новая находящаяся не в руках капитала и не в руках рабочего покупательная сила, рассчитанная на новые продукты и на особую отрасль производства, которая не служит ни для содержания класса капиталистов, ни для содержания класса рабочих, но в которой капитал находит новую возможность для производства и реализации прибавочной стоимости. Раньше, когда мы говорили о применении косвенных налогов, выжатых из рабочих, для уплаты содержания государственных чиновников и для обеспечения войска, оказалось, что «сбережение» на потреблении рабочего класса экономически ведет к тому, что расходы по содержанию придатка (Anhang) класса капиталистов и орудий их классового господства над пролетариатом переносятся с капиталистов на рабочих, с прибавочной стоимости на переменный капитал, и что эти расходы освобождают соответствующую сумму прибавочной стоимости для целей капитализации.

Теперь мы видим, как факт применения налогов, выжатых из рабочих, к производству военных припасов дает капиталу возможность накопления.

Практически милитаризм на основе косвенных налогов действует в двух направлениях: он обеспечивает за счет нормальных условий существования рабочего класса содержание органов капиталистического господства, постоянной армии, и гарантирует капиталу грандиозное поприще для накопления[331].

Обратимся теперь ко второму источнику покупательной силы государства, к тем 150 из общей суммы в 250, которые в нашем примере затрачиваются на военные припасы. Эти 150 существенно отличаются от рассмотренных до сих пор 100. Они происходят не от рабочих, а от мелкой буржуазии — от ремесленников и крестьян. (Мы оставляем здесь в стороне относительно незначительное участие самого класса капиталистов в уплате налогов).

Денежная сумма, переданная крестьянской массой (которую мы принимаем здесь за представительницу непролетарской потребительной массы) государству в форме налогов, не авансируется первоначально капиталом и не отделяется от обращения капитала. Она является в руках крестьянской массы эквивалентом реализованных товаров, осадком стоимости простого товарного производства. То, что передается при этом государству, является частью покупательной силы некапиталистических потребителей, которая служит капиталу для реализации прибавочной стоимости в целях накопления. Спрашивается, влечет ли за собой перенесение покупательной силы этих слоев на государство, которое использует ее в милитаристических целях, экономические изменения для капитала, и если да, то какого рода изменения? На первый взгляд и здесь идет речь об изменениях в вещественной форме воспроизводства.

Вместо определенной массы средств производства и потребления для крестьянских потребителей капитал будет производить на равную сумму стоимости военные припасы для государства. На самом деле это изменение гораздо глубже. Прежде всего, покупательная сила некапиталистических потребителей, приведенная в действие государством при посредстве механизма обложения, количественно гораздо больше, чем если бы эта покупательная сила служила на самом деле для целей собственного потребления этих потребителей.

Современная налоговая система вынуждает крестьян в массовых размерах переходить к товарному хозяйству. Налоговый пресс заставляет крестьянина превращать все большую часть своего продукта в товар. Налоговый пресс в то же время все более превращает и самого крестьянина в покупателя товаров; он гонит продукт крестьянского хозяйства через процесс обращения и насильственным образом впервые превращает крестьянина в покупателя капиталистических продуктов.

Далее, налоговая система и при наличности крестьянского товарного производства извлекает из крестьянского хозяйства большую покупательную силу, чем та, которую оно могло бы активно выставить без участия налоговой системы.