- Ах, ты тварь, - зарычал татуированный, вытаскивая из нагрудной кобуры пистолет с серебряными пулями, - Решила показать зубки.
- Нет, я решила тебе подарит свой первый поцелуй, - прошипела я, и подлетела к нему.
Мои длинные пальцы обхватили его голову, а черные холодные губы примкнули к его человеческим губам.
Мужчина взревел, пытаясь оттолкнуть меня, но было уже поздно. Я ухватила часть его души и начала впитывать ее, не давая шанса на спасение. Со стороны это выглядело так, как будто я страстно впиваюсь в его губы, взывая о прощение, обещая неземные ласки, лишь бы он не причинил мне вреда. Лишь бы простил и отпустил. Его губы становились холодными и сухими. Прикасаясь к ним, я чувствовала отвращение. Что такого интересного в поцелуях? Странно, но я не чувствовала ничего. Я просто убивала его. Может так и должно быть. Я убийца не способный на эмоции. Я знала, что высасываю его жизнь, делая слабым, беспомощным. Открыв глаза, я поняла, что мы лежим с ним на холодном асфальте. Стук его сердца замер навечно. Он умер, и тому виновница была я. Его зеленые глаз навсегда запечатлели мой образ.
Хотела ли я убить его? Наверно, да. Осознание того, что ликвидатор умер, ввело меня в состояние эйфории. Я не могла понять, почему на моем лице мерцает улыбка. Почему так легко на душе и почему из пальцев появляются когти, в ожидание нового нападения. Краем глаза я увидела, как к нам приближается Николай. На его лице недоумения. Он ошарашен. Для него явно было неожиданностью, что я сделала.
Оттолкнув от себя мертвое тело, я быстро поднялась с земли. Их шеф был настолько пьян и беспомощен, что не смог мне сопротивляться, он покорно принял смерть, и от осознания это минутная эйфория моментально испарилась. Оправдывать я себя не хотела и не буду. Я прикоснулась пальцами к губам. Сколько раз я мечтала о первом поцелуе? Наверно бесчисленное количество раз. В голове всплыл разговор Александра ‘ты рождена для войны’. Тряхнув головой, я отогнала от себя не веселые мысли. Может он и прав мне никогда не испытать любви, материнского счастья. Я совершенно не понимаю, что может испытывать женщина к мужчине. У меня есть только этот недолгий поцелуй и первое убийство человека.
Возможно Николай, направляющийся ко мне, прекратит мои страдания на этой земле. В Некросибе ликвидаторы - правая рука инквизиции и убийство их карается смертью. Как я смогу смотреть в глаза Филиппу. Он никогда не простит меня.
- Ах, ты тварь, - закричал ликвидатор, держа в руке серебряный нож.
Если мне суждено сгореть на инквизиторском костре, я без боя не сдамся. Я сосредоточилась перед атакой. Нож ликвидатора скользнул в воздухе в нескольких сантиметрах от моего лица. Движения его были слегка заторможены и сбивчивы. Выпитое явно не шло ему на пользу. Мои когти вошли прямо в его шею. Я почувствовала, как пальцы погрузились в тепло его тела, и как через секунду горячая кровь хлынула из его раны. Нож упал на землю, мужчина обхватил шею руками. В этом момент один из ликвидаторов повалил меня на землю. Его сильные руки схватили меня за волосы и начали вбивать мое лицо в асфальт. Боль была невыносимая.
- Тварь, - кричал он надо мной, - Ты убила моего брата.
Мне было все равно, был ли его брат тем татуированным, или другим ликвидатором, распластавшимся на земле с порванной глоткой. Я была совершенно безразлична к горю этого человека. Выжить, вот что я сейчас хотела. Превозмогая боль, я вонзилась когтями в его руку. Мужчина закричал, ослабив хватку. Я, быстро перевернувшись на спину, вонзила когти прямо в его сердце. Глаза мужчины округлились, и он, захрипев, упал на бок рядом со мной. Я попыталась подняться, но тут же получила пинок в живот. Ликвидатор наступил мне на спину, окончательно прижав к грязному асфальту.
- Я не буду тебя убивать, - спокойным голосом сказал ликвидатор, - Мне доставит удовольствие распотрошить тебя в инквизиторских подземельях.
- Не думаю, что эта идея меня устроит.
Глава номер пять
Я не знаю, что делать? Хочется плакать и кричать от боли, но я молчу не в силах вымолвить и слова. Ликвидатор закинул мои руки за спину и одел наручники. От прикосновения холодного метала по коже пробежала дрожь. Все кончено, тяжело вздохнув, подумала я. Переступив порог убийства, я слишком быстро понесла наказание. Я закрыла глаза, пытаясь передохнуть и успокоиться. Нужно решить как себя вести, что говорить когда меня отвезут в инквизиторские подземелья. Задумавшись, я поймала себя на мысли, что смотрю в упор на вампира птенца, сидящего возле входа в здание. Он молчаливо смотрит на машину, в которой была вампирша с ликвидатором. Его лицо не выражало никаких эмоций. Вампир был слишком подавлен, чтобы на что-то реагировать, слишком закрыт, что бы впустить меня в себя. Идея, появившаяся в моей голове, настолько поразила меня, что я даже растерялась. Почему я раньше не подумала влезть в его тело? Тогда события развивались по совершенно другому сценарию.
