- Только без прикуса, - засмеявшись, сказал он, проведя своим членом вдоль моей щеки.
Чувствуя как слезы предательски текут по щекам, я не знала что делать. Закрыв глаза я стиснула зубы, не желая делать то что он хочет.
- Ну же, утешь меня, - его пальцы больно дергали меня за волосы, но в секунду все изменилось.
Я почувствовала, как моего лица коснулось нечто мокрое. Быстро открыв глаза, я в шоке уставилась на Мариуса. Лицо его стало бледным, рот отчаянно хватал воздух. Рука прижата к месту где должно было быть сердце. Рванная рана на груди говорила о том что этого органа сейчас нет в его теле. Посмотрев за плечо вампира я увидела Сириуса. В его руках продолжало биться сердце Мариуса. В секунду Фауст отстранился от меня. Я медленно поднялась, оттолкнув от себя Мариуса. Вампир, продолжая задыхаться, беспомощно рухнул на пол.
- Мариус, соединяя меня с некромантом ты видимо забыл, что я чистокровный. Я не третьесортный вампир вроде тебя и твоего окружения. Если кто-то позволяет тебе трахать своих женщин. Со мной этот номер не пройдет, женщина это то что чистокровные не делят ни с кем, даже пребывая в рабстве. Я не могу тебя убить так как являюсь твоим рабом, но сделать тебе невыносимо больно это в моих силах, - голос Сириуса был жестким и властным, - Надеюсь ты все понял.
- Ублюдок, - хрипел Мариус.
- Позаботься о нем, - ледяным тоном сказал Сириус, и передал сердце Фаусту.
Чистокровный взял меня за руку и прижал к себе. Вне себя от радости я обняла его за талию, положив голову на мощное плечо. Все краски моментально стали таять образуя темноту. В эту секунду я поняла что мы переместились из ванной комнаты в другое место.
Глава номер девятнадцать
От первого в своей жизни скачка в пространстве я провалилась в воспоминания Сириуса. Снова я была в теле этого мужчины ощущая его физическую боль и в то же время невероятную радость за то что он совершил. Держа в руках маленькое кольцо, он представлял что когда-нибудь в его жизни появиться женщина, которая будет любить его таким каким он есть. Она не увидит в его чертах уродства незаконнорожденного, ее не смутит что в его венах течет кровь предателя. Закрыв глаза, он представил образ высокой красивой женщины с длинными черными волосами. Она улыбалась и смотрела на него с теплом, тянула руки чтобы прикоснуться. О да, казалось, одно лишь прикосновений этих тонких изящных пальчиков могло сотворить с его телом нечто невероятное. От ярких видений внутри Сириуса что-то сжалось от неопределенной потребности быть желанным… для нее. Внизу живота все пульсировало. Он понимал что этот невыносимый жар в теле связан с предстоящим стечением и что вполне вероятно ему не позволят прикоснуться к женщине в этот период. Он знал свое место, но то что он испытывал к единственной оставшейся в живых дочери Галана, было просто немыслимо. Сириус не был глупцом и понимал что заяви он права на первую ночь его просто закидают камнями или привяжут к позорному столбу, а что самое вероятное просто кастрируют.
О, Реальсаль самая достойная женщина которую он когда либо видел. Он никогда не посмеет осквернить ее своим присутствием. Сириус готов был сдохнуть в агонии стечения, чем нарушить покой этой божественно красивой женщине. Сжав кольцо в кулак он заставил его исчезнуть. Сила кольца могла насильственно привязать эту женщину к нему. Заставит ее считаться с ним. Не любить, но быть всегда рядом, рожать детей, хранить очаг. Казалось, для такого уродца как он, это предел мечтаний. Но нет, ему нужно было нечто большее. Не совсем понимая что именно, Сириус пытался разобраться в своих неконтролируемых в этот период эмоциях, но всегда натыкался на тупик. У него не было ответов для чего ему нужно чтобы женщина его любила.
До боли в сердце понимая что к нему добровольно не подойдет ни одна женщина его клана, он знал что придет время и он воспользуется этим кольцом. Подчинит, овладеет, но сейчас он осознавал что не сможет так жестоко поступить с Реальсаль. Ему нужна она, а не ее подневольное тело.
Дверь ветхого чердака в котором он прятался заскрипела. И внутрь вошел его друг Фауст. Промокший с головы до ног он принес еды и лекарства для обработки ран. Уже как два дня Сириус не мог встать на ноги. Избитый Галаном он лежал на чердаке дома Фауста не в силах подняться или лечь на спину. Галану было недостаточно рассечь его кожу на спине, он с упоением вшил в многочисленные глубокие раны соль, которая не давала возможность регенерировать клеткам.
- Ну и стоило это кольцо того что с тобой сделал старый пердун?
- Ты знаешь ответ.
Фауст театрально закатил глаза и легкой походкой направился к своему пациенту. Мужчина был сыном целителя, и ему строго настрого было запрещено общаться с рабами, в особенности с Сириусом. Но по всей видимости Фаусту на это было плевать. Они знали друг друга с самого детства и частенько выручали друг друга из всевозможных передряг.
- Ты слишком большое значение придаешь женщине.
Сириус вопросительно приподнял бровь.
- Женщины священны.
- Может ты говоришь о каких-то нереальных девах из легенд.
