— По праву рождения? — хмыкнула она. — Сра-а-а-азу прилетела, как только о денежках речь зашла! А как поняла, что будут сложности, еще и Эва соблазнила! Да я за одно это тебя задушить готова! Не трогай мою семью, слышишь? Улетай отсюда!
Нам том наш милый сестринский разговор и завершился. Расстроившись, я поплелась к нашему домику; Мэрит, ожидавшая неподалеку, подошла ко мне.
— Вы с Гелли поссорились? — спросила она.
— Она переживает, как бы я не провалилась и не испортила все, — ответила я с усмешкой и по-новому взглянула на рыжую. Оказывается, эта феечка дивной красоты – дочь сурового да немногословного Айджа-безопасника. И ведь не похожи ни капельки… Понятно теперь, почему заносчивые юницы обходят утонченную красавицу стороной и лишь с Тирой Торн соизволят разговаривать: дочь слуги им не ровня.
Но как дочь слуги попала на Отбор? И почему взяли Рию Басу, обычную артистку из Союза? Да и меня тоже одобрили…
— Я полукровка, да еще и из Союза. Почему я здесь? — протянула я.
— На Отборе не только жен ищут, но и наложниц присматривают. Царевичам не должно быть скучно, нужна интрига, игра, — ответила Мэрит. — Да и лучшее хорошо заметно среди несовершенного. Некоторых берут на Отбор, чтобы оттенить достоинства других.
Да-да, Отбор, игры, интриги… это все очень увлекательно и волнительно, но мне, лично мне, хватит и месяца на Отборе. Гелли права: никто с меня, землянки, много спрашивать не будет, и если я скажу, что мне сложно, меня должны отпустить.
Это было просто, хотя я ожидала трудностей. Перед первой же медитацией я подошла к Сероглазой и сообщила, что беспокоюсь о том, как мой организм с половинным набором слабых младших генов воспримет новую диету и занятия. Знающая ждала этого; поглядев на меня сверху вниз, она проговорила:
— Не расстраивайся – этот Отбор пройдут только сильнейшие, и сдаться не стыдно. Можешь собирать вещи. Мы сообщим распорядителям, и вечером тебя заберут.
И все – никаких вопросов-расспросов-переубеждений. Я посмотрела на юниц, прислушивающихся к нашему разговору, и встретилась взглядом с Гелли, даже в такой ранний час выглядящей свежей. Девушка едва кивнула; я по-прежнему ее раздражаю, но сейчас, по крайней мере, она довольна моим решением. Как и Знающая, впрочем, и остальные девчонки – ну не комильфо им, таким богатым да родовитым, состязаться с какой-то там полукровкой из Союза.
Оставшимся временем на острове я решила распорядиться красиво: быстро запихала вещи в сумку, а сама отправилась загорать, пока Аэл не начал свирепствовать, и купаться. Местечко я выбрала подальше от «территории спорта», где Смуглая каждодневно мучает девиц, и так, чтобы не попадать в поле зрения «царевен», начавших медитации.
Накупавшись – как всегда я не заходила в глубину – я прошлась по пляжу, успела сорвать с веток крупные сладкие плоды, формой похожие на яблоки, а вкусом – на апельсины, и отправилась готовить для приятельниц завтрак. Первыми вернулись Тира и Рия; увидев меня, сытую да довольную, они переглянулись, и Рия спросила с подозрением:
— Что ты здесь делаешь?
— Я ухожу, — просто ответила я, и девушки, ахнув, начали выпытывать, что да как.
С начала Отбора прошел месяц, и за это время выбыли лишь две юницы: Арнгелл, наступившая на ядовитого моллюска, да я, решившая уйти по своей воле. И Рия, и Тира расстроились, но не так, чтобы сильно; уже к вечеру они наверняка перестанут обо мне вспоминать.
— Получишь хорошие отступные, — сказала уверенно Рия.
— Когда юница уходит по своей воле, отступные не платят, — возразила Тира.
— От родственников получит за то, что вообще осмелилась пойти на Отбор, — пояснила индианка.
— А-а… — протянула Тира и, подглядев туда, где «царевны» медитировали, произнесла: — Отбор совершенно непонятный, я даже не могу предположить, что будет дальше. Этих медитировать заставили, а нас?
— Разберемся, — усмехнулась Рия. — О, гляньте-ка, наша милашка идет!
К дому, где мы устроились, свернула Белокурая Знающая.
— За тобой прилетели, Дэрия, — сообщила она. — Собирай вещи.
— Уже? — удивилась я. — А мне сказали, что вечером заберут…
— Сейчас.
Сейчас так сейчас. Я зашла в дом, забрала сумку и, пожелав девчонкам удачи в Отборе и удачи вообще, поспешила за Знающей; на острове я пробыла всего месяц да один день, и хотя этот месяц был не так прост, я все равно неплохо провела время и пообщалась с местными. Девушки, освободившиеся после утренней гимнастики, смотрели на меня удивленно; Смуглая уже стояла у лодки и ждала меня. Закинув сумку в лодку, я заняла место, помахала оставшимся юницам и, чувствуя себя освобожденной, радостно улыбнулась.
— Удачи тебе, Дэрия! — сказала мне Белокурая и сама лодку толкнула. — Надеюсь, тебе понравилось на острове!
— Очень! — легко соврала я. — Всяческого вам благополучия!
— Спасибо, милая!
