Да, Кир, пиздец подкрался незаметно, ты едешь крышей от пигалицы, которая тебя по башке треснула, похитила, и в какую-то левую историю втянула. Голову бы ей открутить, а ты тоже уже слюни пускать начал.
— На воды попей, — протягивая деревянный резной ковш, говорит леший, — сразу полегчает.
Беру ковш, жадно пью, вода такая вкусная, аж сладкая, пил бы и пил.
— Ты пей, пей. Воды не жалко. Иван, — выкидывая вперёд руку, произносит мужик.
— Кирилл, — представляюсь я, пожимая большую, крепкую, но очень мягкую и теплую ладонь бородатого.
Леший немного задерживает наше рукопожатие. Буквально на секунды. В это время смотрит в мои глаза своими голубыми совершенно бездонными, но не холодными, а мягкими и лучистыми, как небо в ясную солнечную погоду. Я начинаю ощущать, что от него веет теплом, добром, любовью, тёплым хлебом, молоком, луговыми травами. И вдруг этот огромный и даже несколько страшный бородатый мужик в моем сознании трансформируется в богатыря-русича, этакого витязь. Да, туды ж его в качель, то ли у меня на самом деле кукуха поехала, то ли я попал к колдунам-сектантам.
Наш зрительный контакт прерывает чупакабра, которая вдруг оживает и начинает поскуливать, повизгивать и крутиться около машины волчком.
— Ты, парень, не боись. Мы только с виду страшные, а на самом деле мы добрые, но злить нас не надо, могём и зубами порвать. Особенно за Варюху нашу, — с доброй улыбкой и совершенно холодными глазами произносит Иван. — А вот и птаха наша проснулась!
Пигалица выкидывает ноги из салона и следом за ними вываливается сама. Собака кидается ей на шею. Встав на задние лапы, Лютый оказывается выше девчонки. Он кладет свои лапищи ей на плечи и начинает размашистыми движениями своего языка лизать ей лицо. Девчонке нравится. Она заливисто смеётся, обнимает псину, гладит его по лохматой спине, теребит уши.
Фу, по-моему мнению, картина совершенно отвратительная, но в момент своего внутреннего передергивания, я начинаю представлять себя на месте этой грязной псины.
— Думай тише. Я все слышу, — шепчет мне богатырь. — Обидишь девочку нашу, порежу живьем на ремни.
Девчонка отрывается от собаки, поворачивается в нашу сторону и срывается с места. Через секунды три оказывается на руках бородача. Она своими маленькими ладошками хватает его за лицо и зарывается в мохнатую бороду.
— Ворон, мой милый Ворон, как я по тебе скучала, — произнося эти простые слова, девчонка смахивает с ресниц капельки слез и резко напрягается. — Что опять с рукой? Таскал тяжёлое, вывихнул плечо или снова повредил вращательную манжету?
— Да, есть всего помаленьку. Варюня, все заживёт до твоей свадьбы, — держа девчонку одной рукой, говорит Иван, снимая с ее головы кепку и запуская ручищу в ее волосы. — Воду пей давай. Организму вода нужна. Да, кроха, куда косу свою дела? Зачем срезала?
— Да, некогда мне ею заниматься. И ты мне зубы, Ворон, не заговаривай.
— И ты на меня не наговаривай, Варюха. Грех это, — скалится мужик. — Может все же завтра утром поедешь, а? Темно уже слишком. Ты то, конечно, дорогу знаешь, но мало ли чего. Я ехать сейчас не могу, да и все равно за руль бы с рукой не сел. Сама понимаешь.
— Ничего страшного, Ворон, я аккуратно за час, максимум полтора, доеду. Все сделаю, переночую и на рассвете вернусь. У меня времени совсем в обрез. Ты мне машину подготовил? — произносит Варюха стальным голосом.
— Да, Варь, карета под парами. Сейчас, — говорит Иван и уходит в сторону огромного ангара.
Ворота автоматически разъезжаются и из ярко освещенного помещения, больше похожего на операционную, выкатывается УАЗ-469, подготовленный для езды по бездорожью.
Увидев машину, я аж присвистываю. Не хрена себе карета. В золушке весу всего килограмм 40, как она управится с такой херовиной.
— Кирилл, здесь мы с тобой попрощаемся. Дальше я поеду сама, — просто и спокойно говорит мне пигалица. — Переночевать можешь у Ивана. По утру он объяснит тебе, как выехать на основную трассу. Взрослый, доберёшься. Да, с Вороном не шути, это может стоить жизни. Он только с виду добродушный.
— Ээээ, нет, Дюймовочка, отбрыкаться от меня тебе не удастся, — произношу шутя, но уверено, — Ты сама втянула меня в эту историю. Значит, и терпеть меня придется до конца. Я поеду с тобой, вдруг тебе грубая мужская сила потребуется.
После этих слов демонстративно открываю пассажирскую дверь. Девчонка стоит в раздумьях.
— Варь, да, все же лучше, возьми ты этого убогого, силушки у него немало. Всякое может случиться. И Лютого возьми тоже. Зверья дюже много развелось, — говорит пигалице Ворон.
— Ладно, Вань, есть резон в твоих словах. Дай ему переодеться. Амуниция новая у тебя вроде же есть.
Я с Вороном иду в ангар. Он заводит меня в комнату, которая больше напоминает склад. Мне выдают шмотки и обувь по размеру.