Мои ноги в миг стали ватными, а сознание заволокло уже привычной темной дымкой. Я не знаю, каким чудом я успела прислониться спиной к шкафу или к стене и сползти по нему, не грохнувшись на пол. В момент, когда моя пятая точка коснулась пола, я была уже где-то очень далеко.
11.4
- Аня, открой уже глаза, пожалуйста. – Родной, но такой далекий голос Ника, шевелит мои шестеренки в голове. Они с таким скрипом начинают свое круговое движение, что я даже чувствую боль. Или же я все-таки упала и ударилась головой.
Заставляю свои глаза раскрыться, но тут же щурюсь от яркого света. О , и кто только додумался врубить его? Ой, это же я…
- Ну слава Богу! – Вздыхает Ник и прижимается губами к моему лбу. – А я думал, твои обмороки уже позади.
Понимаю, что вместо пола я лежу на кровати. На кровати в комнате Макса. Рядом лежат его смятые футболки и штаны. Но где сам он?!
- Что с ним? – Уставшим голосом спрашиваю Ника, когда тот вновь выпрямляется. Но руку мою не отпускает. Держит все так же крепко, будто я вместе с кроватью могу провалиться под землю.
- Подрался. – Нервно жмет плечами. – Придурок, что с него взять? – Он нервно потирает пальцами лоб и отводит глаза. Будто в них может отобразиться что-то, что он пытается скрыть от меня.
- Никита, я вижу, что ты хочешь что-то мне сказать. Скажи, пожалуйста. Где Макс? С ним все в порядке?
- Да!- Оживляется он. – Макс внизу, его осматривает бригада скорой и первую помощь оказывает. Думаю, жить будет.
Не врет. Сосредоточившись на слухе, я улавливаю приглушенные голоса, среди которых точно есть голос Макса. Немного успокаиваюсь.
Значит, скрывает он что-то совершенно другое. Но что тогда?!
- Ник, а с кем подрался Макс?- Я привстаю на кровати и сажусь, опершись о деревянное изголовье.
- Он… Эм…- Теперь Ник потирает шею. Точно волнуется. Значит, я выбрала правильное направление. – С Димой. Он подрался с Димой.
- Что за…- Качаю головой. – Я хочу с ним поговорить! – Решительно соскакиваю с кровати.
- Стой-стой-стой! – Ник вырастает на моем пути, преграждая путь. – Скорая помощь могла еще не успеть обработать раны.
- Ничего страшного. Пойдем со мной, словишь мою тушу, если я вдруг решу отключиться.
Я огибаю Ника и направляюсь к выходу из комнаты. Быстро прохожу коридор и преодолеваю лестницу, хотя ноги еще немного слабые. Нахожу Макса в гостиной, в окружении медсестер накладывающих ему пластыри на раны, которые без крови выглядят менее устрашающе.
- Какого хрена? – Возмущаюсь я, забыв о присутствии посторонних людей. – Сначала споришь на меня со своим дружком, а потом идешь бить ему морду? В чем прикол? Это ты так свою совесть решил успокоить? Или меня задобрить? – Макс смотрит на меня безучастно. – Не вышло! - Я чувствую, как по щеке катится слеза. – Ничерта не вышло, понял? То, что тебе теперь тоже больно, не значит, что у меня перестал болеть, ясно? И это ничего не меняет!
- Я дальше сам, свободны. – Макс вырывает пластыри из рук женщины в форме и указывает на дверь. Та, явно недовольная тем, что ей не удастся досмотреть нашу драматическую сценку, медленно пятится к выходу. Как только она в сопровождении Ника покидает гостиную, Макс встает и подходит ко мне. – Думаешь, я сделал это только ради тебя? Мне хотелось убить его , Аня! И я почти сделал это. Я был так зол на себя, на него, что эта злость просто сорвала мне башню. Я не мог избить сам себя, и вот решил убить двух зайцев одним выстрелом. Стало ли мне легче? Нет, черт возьми! Думаю, стоит попробовать еще раз, только в роли моего карателя теперь должна быть ты. Ведь это из-за вины перед тобой моя совесть душит меня. Я впервые в жизни нахожусь в таком безвыходном положении. Не могу извиниться, потому что этого мало, но и сделать не могу ничего, поэтому это не исправит моего положения. – Я громко фыркаю, закатив глаза. Вся речь его крутится только вокруг него. – Этот спор случился наряду с тем, первым. Мы были пьяные в дерьмо просто. Я не понимал, что творю. А когда понял, на следующий день, решил отменить этот спор, но Дима уперся. Я предложил ему просто так отдать деньги, но этому ублюдку, видите ли, это было скучно. Даже рассказать тебе я не мог! У него было одно видео, компрометирующее меня. Аня, он крепко держал меня за яйца. Я, черт возьми, пытался оградить тебя от него. Но не получилось. Не получилось, потому что я осел. Потому что я могу только все портить, а исправлять – нет.
- Зачем ты избил его? Неужели ты думал, что после этого я прощу тебя? Или ждал, что моя жалость сильнее, чем мозг?
- Нет, не ждал. Но тайно надеялся, признаюсь. Я искренне говорю, что мне жаль. Я искренне прошу у тебя прощения, хоть и понимаю всю абсурдность этого. Я даже подумать не мог, что настолько сблизимся мы с тобой, что я стану всерьез считать тебя своей сестрой. Аня, я каждый день готов наваливать этому придурку….любому придурку, лишь бы ты меня простила.
- Я не знаю…- тихо на выдохе произношу я. Конечно, я готова простить его душой и сердцем. Но мозгом…
- Что за видео? – Подает голос Ник за моей спиной.
- Это связано с Нинель.
