- Ты говоришь это парню, который ни один год не может поговорить со своим отцом ровно по той же причине. Конечно же, я понимаю тебя, малышка. Но, как человек, так и не нашедший в себе силы выслушать все, я не могу допустить, чтобы ты совершила эту ошибку. Правду нужно говорить и слушать так же резко, как отрывать пластырь. Не решишься сразу – так и останешься жить с этим пластырем, который будет каждый день доставлять тебе боль и неприятные ощущения. Каждую минуту ты будешь видеть его и ни на секунду не сможешь забыть об этом чертовом пластыре. Однажды ты захочешь оторвать его, но если сразу не хватило смелости, потом не хватит и подавно. Не поступай так с собой, Аня. Возможно, слова твоей матери будут настолько убедительными, что у тебя сомнений не останется вовсе. В любом случае, ты не узнаешь, пока не выслушаешь ее.
- Как часто ты жалел о том, что не поверил своему отцу и не смог его выслушать тогда, в шестнадцать лет?
- Всякий раз, когда видел его и не мог сказать о том, как люблю его и что давно простил.
- Он заслуживает этих слов. А ты заслуживаешь вновь обрести отца.
- Вполне вероятно, если сейчас ты наберешься смелости и поговоришь с Женей, то это вдохновит меня настолько, что я сейчас же позвоню отцу и скажу, что хочу поговорить с ним. – Ник лукаво улыбается, прямо как хитрый лис.
- Это шантаж. Шантаж – грязный метод. Хорошие мальчики не используют грязные методы. – Я прищурила глаза и покачала головой.
- Что ж, пришло время узнать тебе, что я не такой уж хороший, как ты думала. – Ник быстро целует меня в макушку и поднимается. – Пойду и позову Женю. Но если ты струсишь, просто спрячься за тем кустом, - кивает в сторону,- я заберу тебя оттуда, когда все уснут.
- Я явно погорячилась, назвав тебя хорошим мальчиком. Использование за полчаса два грязных метода – прерогатива плохишей. – Кричу ему в след, ощущая себя абсолютно умиротворенной и готовой к разговору. Мое успокоительное подействовало ровно так, как я и ожидала.
Со спокойным сердцем и холодным разумом, я остаюсь ждать маму.
Она не заставляет себя долго ждет. Идет в миллион раз не увереннее, чем Ник и потирает раскрасневшийся нос. Моя мама бессовестно красивая женщина. В свои годы она может дать фору многим моим ровесницам. Любой другой женщине, чтобы встать хотя бы рядом с ней, нужна куча уколов, визажисты, массажисты, обертывания дерьмом и грязью. А она прекрасна от природы. Честно обещает, что передала мне это по наследству. Увидим, когда придет время.
Подходит. Смотрит на меня глазами полными слез. Я тоже едва сдерживаюсь, чтобы не зарыдать во весь голос. Глотаю идиотский ком, а он все никак не проваливается. Так и мешается в горле.
- Я рада, что ты согласилась поговорить со мной. – Начинает мама. – Можно присяду?
Двигаюсь, чтобы дать понять, что разрешаю. Места было итак достаточно, но чтобы дать согласие, стоило произнести хоть слово, а это слишком опасно сейчас. Любое сказанное слово может уничтожить ту нить, которая сдерживает слезы.
Мама присаживается и разглаживает складки на юбке ее платья.
Ты итак шикарна, мама. Даже в помятом платье ты великолепна.
- Я… Мне действительно стыдно, что так получилось. Твои слова про мою новую жизнь и тебя – все не так. Ты - моя дочь. Ты и есть моя жизнь, милая. Мне больно думать, будто ты считаешь, что я не хочу или не хотела тебя видеть здесь. Может мы в последнее время не так близки с тобой были : реже созванивались, меньше разговаривали, но , дорогая, я не стала любить тебя меньше. Ты - моя малышка. Ты всегда ею была, ею и останешься. Мое сердце ради тебя готово перестать биться.
- Тогда почему, мама? – Я всхлипываю. – Почему?
- И это моя вина. Я упоминала, что за мной ухаживает мужчина, помнишь? - Я поднапрягла мозг, поднимая информацию со дна. Да, что-то припоминаю. Я не придала этому значения, потому что моей маме часто оказывали знаки внимания. Она шикарная, вы же помните? Но я и подумать не могла, что она ответит кому-то взаимностью. - Я звала тебя в гости на все праздники, на выходные, но ты отказывалась каждый раз. Сначала я действительно думала, что ты занята, потом поняла, что это просто выдуманные причины. Я хотела, чтобы ты приехала, познакомилась с Аркадием и мальчишками. У меня был страх, что если я скажу тебе об этом по телефону, то ты разозлишься, перестанешь брать от меня трубку и пропадешь. А у меня работа, я бы не смогла сорваться.
- А если бы приехала, у меня не было бы возможности куда-то деться? – Фыркнула я.
- Я была уверенна, что они понравятся тебе. Вот только ты не ехала. И в один момент я решила, что ты все поняла и намеренно не хочешь принимать этот факт. Я решила дать тебе время обдумать все, перестала давить на тебя. Я действительно боялась потерять тебя, милая. Я не хотела, чтобы наши отношения испортились. Не хотела, чтоб я это неблагоприятно сказалось на твоей учебе. Первый год – самый сложный ведь. И я боялась, что ты не поймешь меня. Обвинишь. Ты ведь так любила своего папу, и для тебя это было бы не просто – принять моего нового мужчину.
