- Сегодня ты останешься спать здесь, а я лягу на раскладушке на кухне.- Голос Ника выдернул меня из моих фантазий. Мы снова вернулись в выставочный зал мебельного магазина.
- Зачем? - Сорвался из моих губ вопрос, который я не успела обдумать. – То есть, ты можешь лечь на раскладушке здесь.
Никита мягко улыбнулся.
- Хорошо. Хочешь принять душ? К сожалению, не могу предложить тебе чистых вещей, так как их тут у меня нет, но есть новый халат. – Он подошел к шкафу и открыл дверцу.
На единственной вешалке висел одинокий синий пушистый халат.
- Да, душ мне бы не помешал. Спасибо.
Ник открыл вторую дверцу шкафа и там, так же одиноко, лежало полотенце. Оно было такого же цвета, как и халат. Думаю, это купил Сергей Петрович, чтобы дать понять Нику, что он тут желанный гость.
- Оно тоже новое. – Ник взял его и подал мне.- Пойдем, я проведу тебя. Пока будешь в душе, я разложу раскладушку и подготовлю тебе ко сну кровать.
Ник показал мне, где находится ванная комната и ушел. Я осталась наедине со своими мыслями, которые не смыть водой и мылом. И даже мочалкой их не отскрести, сколько себя не три. Эти мысли колючей проволокой окутали мой мозг и приносили ужасную боль. Проволок было несколько. Одна из них носила имя и фамилию Никиты. За него самого и за его отца моя душа болела отдельно.
10.3
Когда я вышла из душа в новом и безумно мягком халате, кровать была уже готова принять меня в свои объятия. Ника в комнате не было, зато около шкафа выросла не слишком удобная на вид раскладушка. Из-за стенки доносились тихие голоса – работал телевизор. Я присела на край кровати и провела рукой по хрустящему постельному белью – оно такое же новое, как и все, что меня здесь окружает. На секунду я поняла нежелание Ника оставаться здесь. Атмосфера комнаты прямо вгоняет в уныние и одиночество.
Дверь с еле слышным скрипом открылась, чем напугала меня, и в комнату вошел Ник. Он слегка удивился, увидев меня, но быстро отвел взгляд.
- Не ожидал, что ты так быстро примешь душ. Обычно девушки предпочитают проводить там по несколько часов к ряду. – Он бросил на меня короткий взгляд, подошел к раскладушке и принялся стелить на нее простынь.
- Не было настроения для водных процедур. – Я натянула воротник халата выше, хотя в этом не было никакой надобности – он достаточно отлично прикрывает меня всю, а Ник даже не смотрит в мою сторону.
- Еще не передумала, чтобы я спал здесь? Мне не сложно поспать на кухне.
- Ты итак почти на кухне! - Фыркнула я. – Отодвинешься со своей раскладушкой еще немного и мы ляжем спать в разных часовых поясах.
Никита улыбнулся, но не повернул голову в мою сторону. Просто принялся натягивать наволочку на подушку.
- Я на самом деле не против, чтобы ты спал здесь. Если ты, конечно, не лунатик. Потому что лунатики меня пугают. – Понимаю, я несу бред, но не могу остановиться. Это чувство неловкости не дает сосредоточиться.
- Все нормально. Меня тоже. – Ник снова улыбается. И делает это так, что у меня мурашками покрывается все тело. – Хорошо, что я не такой.
Он заканчивает подготавливать свое спальное место и наконец-то дарит мне свой взгляд. Тот самый, который стирает в моей памяти умения таких навыков, как думать и дышать. Его правый уголок рта чуть приподнят в полуулыбке и я не могу отвести от него глаз. Я не могу перестать пялиться на его губы, черт. И лишь когда намек превращается в полноценную улыбку, я резко отвожу взгляд. Смотрю на себя через зеркало и ощущаю, как горят щеки.
- Я собираюсь раздеться, потому что спать одежде – самое неудобная вещь в мире. Надеюсь, ты не…
- Нет! – Я так резко вскрикиваю, что сама пугаюсь. – То есть, конечно, раздевайся. Я видела немало голых парней, так что тебе нечего переживать.- Когда до моего мозга доходит смысл сказанных мною слов, мои щеки не просто горят, а пылают, как кострище. – Я не…это не то…- Черт. Оправдания не имеют никакого смысла, я уже опозорилась. Ситуацию не спасти. Прикрываю глаза ладонью и откидываюсь на кровать. – Можно, я больше не буду разговаривать?
- Можно. – Слышу в голосе Ника проскальзывающие нотки смеха. Он просто с героической стойкостью сдерживает его. – Пожалуй, выключу свет. Не хочу быть еще одной галочкой в твоем списке.
И вот тут он не сдерживается и начинает хохотать. Я хватаю подушку и со всей силы бросаю в него. Меткости мне не занимать, поэтому снаряд попадает точно в голову.
- Замолчи. – Бурчу, как обиженный ребенок. – И отдай мне мою подушку.
- Нет! Ты только что кинула ее в меня, значит, она не так уж сильно нужна тебе.
- Нужна! Как мне спать без подушки по-твоему? – Возмущаюсь.
- Если нужна, зачем бросила ее? – Он прищуривается. Явно потешается надо мной.
- Хотела, чтобы ты прекратил издеваться.
- Я не издевался, а ты очень милая, когда волнуешься. – Ник выключает свет. На комнату обрушивается темнота, и лишь блеклый свет фонаря не дает нам утонуть в ней. – Очень. – Почти шепотом повторяет Ник, а затем кидает мне подушку.
