Я направилась в машину. Меня мучали сомнения, говорить так быстро «да» или «согласна» демону перекрестка было, скажем так, дурным тоном среди охотников, но я хотела защитить Дина. Мне вдруг стало тошнотворно от всей ситуации, от себя. Я поняла, что мне придеться лгать Дину, затем убеждала себя, что не говорить не значит было лгать, но затем снова ругала себя за вранье. Из глаз по шеке потекли слезы, я положила голову на руль и поняла: Именно сейчас я могла считать себя недостаточно взрослой для всего этого, недостаточно для серьёзных решений, для быстрых решений, но мной правила любовь. Я дернулась от вибрации телефона, увидев кто это я вытерла слезы и глубоко вздохнула.
— Хейли?
— Привет, Дин.
— Как ты? Всё хорошо?
— Нет, — я так хотела все рассказать, про Кроули и предложения, так хотела сказать это «нет» и я сказала, удержав в себе долю правды.
— Что случилось? Хей, ты в порядке? Хейли, что стряслось? Я возвращаюсь. Жди…
— Просто тебя нету рядом, — я услышала его звонкий смех в трубке и улыбнулась, — Как же я должна быть если ты не рядом?
— Никогда не пугай меня так.
— А ты никогда не задавай глупых вопросов. Дин, у меня дела. Я еду в магазин тебе что-нибудь взять?
— Да, не забудь купить пирог.
— Может ты забудешь есть их?
— Не спорь со мной, женщина. Я требую пирог. Вишневый.
— Ладно, куплю. Люблю тебя.
— И я. Хейли?
— Да, Дин.
— Скажи то, что говорила вчера, что говоришь мне всегда.
— Дин, я обещаю, что никогда не оставлю тебя, — Эти слова из моих собственных уст ранили меня сильно, прямо в сердце. Я дрожащими губами произнесла последнюю фраз, — буду ждать тебя, Дин.
— Постароюсь быстро. Сэм не выбрасывай! Я не доел, — гудки и я засмеялась сквозь слезы и поехала дальше.
***
Продуктовые магазины умеют играть на нервах не хуже Кроули. Сначала маленький мальчик который кинул в меня пачку хлопьев, затем продавщица которая не знала где что находится и плюс все тележки были заняты и мне пришлось тащить пакеты до своего Крайслера. Не успев открыть багажник я их и уронила.
— Черт!
— Вам помочь? — Мужчина поднял связку бананов и протянул мне.
— Спасибо, — Я подняла голову и уронила пакеты снова. Я отдернула свою руку от бананов и отошла назад.
— Черт.
— Можно просто Люцифер.
Он схватил меня за плечо и от этого прикосновение мне захотелось умереть. Прикосновение наполнило мое тело болью, горечью, страданиями и когда у меня потемнело в глазах я поняла: Это все будет со мной.
Я связанна, вешу на цепях, здесь очень жарко и пот просто капает с меня на пол. Пока я была в отключке я не чувствовала боли в руках, но сейчас она нарастала.
— Привет, Хейли.
— Пошёл ты, — горло было пересохшее и закашляла.
— Как грубо. Тебе жарко? Думаю, я знаю как тебе охладиться, — на меня накатили ведро ледяной воды. Настолько ледяной, что я вскрикнула, — ты ведь знаешь про путешествие Дина в Ад. Так вот, Хейли, я устрою тебе экскурсию.
Не смей выглядывать в окно,
Милый, там всё в огне,
За этой дверью продолжает бушевать война…
Держись за эту колыбельную,
Даже когда музыка умолкнет,
Умолкнет…
Комментарий к Глава 2. Целы и невредимы
Теперь лишь стоит гадать, какой ад устроит Люцифер для Хейли и как ей придется из этого выпутываться. Точно не без помощи Дина. А что с Кастиэльем?
Машина Хейли синий Крайслер 1969 года.
========== Глава 3. Всё ещё здесь. ==========
Комментарий к Глава 3. Всё ещё здесь.
Возможно, не слишком сильная глава, но главная. Приятного чтения.
[Песня: Digital Daggers — Still here]
Каждую ночь я воображаю, что ты все еще здесь
Призрак рядом со мной такой четкий.
Когда я просыпаюсь, ты исчезаешь,
Обратно в тень
Со всем, что мне дорого.
Я воображаю, что ты все еще здесь.
Люцифер — ангел. Люцифер самый прекрасный из всех ангелов Господа. «Солнечный», «несущий свет» — так переводится его имя, Божье дитя. Сейчас…сейчас мне так не казалось.
— Хейли, милая Хейли. Ну так что? Хм? Дин рассказывал тебе про ад? — Он провёл пальцами по бедру и ногу прихватила судорога как от разряда электричеством, а от его пальцев остались следы как от когтей. Я опрокинув голову закатила глаза и замычала сжав губы. Желанного крика от меня не дождеться, но я клянусь, что чувствовала как будто в меня ударяет молния и разрывает на части, — а Сэм рассказывал? Там довольно-таки весело.
