Стас пленительно долго задерживает свой взор на подрагивающих губах, а после отводит глаза в сторону и как ни в чём не, бывало, будто сейчас ничего не происходило, ровным и спокойным голосом проговаривает.
— Вот, смотри мы пришли! Пойдём, – переплетает свои пальцы с моими, подталкивает к входной двери, – я же обещал тебе горячий шоколад! Мужик сказал – мужик сделал!
Жених тянет на себя увесистую, с элементами своеобразного преднамеренно состаренного покрытия, деревянную дверь, с резными извилистыми линиями. Пропускает меня вперёд, галантно удерживая полотно, не позволяя ему захлопнуться перед носом.
Прохожу в большой, погруженный в полумрак холл, освещённый лишь несколькими тускло поблёскивающими маленькими торшерами, располагающими в дальних углах комнаты. Скольжу равнодушным взглядом по всему периметру, прислушиваюсь к доносящимся звукам. Никого… мёртвая тишина, будто кроме нас больше никого нет.
Странно, очень странно. Неужели хозяева решили покинуть своё излюбленное место и оставили нас одних?!!
Ну что ж… это даже хорошо, не придётся больше выносить присутствие Виктора Александровича, испытывать на себе тягость тяжелого, испытывающего взгляда и слушать бесконечное щебетание его назойливой пассии.
- Ну наконец-то, а я уж было подумала, что вы опять где-то уединились, – девушка элегантно спускается с извилистой лестницы, уверенно покачивая бёдрами, губы растягиваются в приветливой, дружелюбной улыбке, – все достопримечательности продемонстрировал?
- Не все, но времени у нас будет много! – Стас отмахивается от будущей мачехи, разворачивается ко мне, – ну что, пойдём?
- Да, конечно! Обещанное нужно выполнять! – кокетливо улыбаюсь, стреляю глазками в направление кухни.
Громов-младший слегка наклоняет голову вбок, рассматривая меня, а после склоняется к моим ногам и прикасается мягкими пальцами к нежной коже.
- Но сначала нужно разобраться с вот эти, – аккуратно проводит по маленькой кровоточащей царапине.
Дёргаюсь, как ошпаренная. В месте его прикосновений начинает нестерпимо сжечь, покалывать.
- Ауч, – отдергиваю ногу, отступаю на шаг назад.
- А я предупреждал ведь! Говорил – не спеши, подожди меня. И вот к чему привело твоё непослушание! – Стас приподнимается, поворачивается к Кристине, – в доме есть хоть какой-то антисептик? Чем можно было бы обработать царапины?
Кристина на удивление соображает быстро, подхватывает на лету. Уносится в направлении дальней комнаты и спустя считанные минуты возвращается, удерживая в руках маленький, прозрачный контейнер, по всей видимости, ту самую аптечку.
Может к ней отношусь слишком предвзято? Девушка всегда приветлива, радушна и искренне улыбается, и по всей вероятности – далеко не глупа. Как иначе?
Сомневаюсь, что Виктор Александрович выбрал бы в свои спутницы жизни какую-нибудь недалёкую, кисейную барышню. Ведь, такой рассудительный, зрелый мужчина – попросту заскучал бы от однообразия, глупых бесед и скупости женского ума. Хотя… насчёт его рассудительности явно поспешное суждение! Уж точно не после последних событий, произошедших несколькими неделями ранее.
- Ты справишься? – Стас протягивает руку вперёд, пытается выхватить аптечку, но девушка заводит контейнер себе за спину и недоверчиво сводит к переносью брови, – или лучше мне заняться повреждениями?
- Кристина, – сиплым от напряжения голосом шипит жених, – отдай, чёртову, аптечку! Сам смогу справиться!
Они встречаются взглядами, зло сверкают глазами в полумраке комнаты. Напряжение увеличивается во сто крат, атмосфера накаляется. Стас делает угрожающий шаг вперёд.
- Помощь твоя не нужна! Иди отцу помоги, сними с него напряжение, а то он нервный в последнее время… ты же знаешь, как это делать!
Непонимающе хлопаю глазами. Что сейчас происходит и самое главное откуда такая ненависть и озлобленность друг к другу?!! Неужели все никак не могут принять того факта, что в ближайшее время станут близкими, родными людьми?!!
Да… не многие могут воспринимать и должным образом принять будущих «жён» и «мужей» своих родителей, но не настолько же?!!
Её богу… задолбал этот цирк! Громовы – сплошное разочарование! С их семейкой спокойной не заживешь! Хватает своих проблем и невзгод, истерик и драм. Нет никакого желания быть очевидицей данного затянувшегося поединка глазами и встревать в перепалку гневных реплик.
Раздраженно подаюсь вперёд, обхожу Кристину и забираю из её рук заветную коробку.
- Я сама справлюсь! – вкрадчиво доношу до обоих, цепко осматриваюсь по сторонам в поисках уединенного места, где смогу сама обработать нанесенный по своей же глупости мелкий ущерб своему телу.
Выхватываю, в погружённом полумраке холла, крохотный пуфик и взгромождаюсь на него. Слишком резко дёргаю защелки контейнера вверх и внимательно рассматриваю имеющееся в нём содержимое.
Раздраженно пыхчу, мысленно ругаюсь матом пока обрабатываю едва заметные порезы, несколько раз прохожусь антисептиком по коже в области виднеющихся повреждений, после, в завершении процесса наклеиваю пластыри, прикрывая всё безобразие.
