В XXII веке Земля восстанавливается после экологической катастрофы. Человечество не исчезло и не скатилось в каменный век. Люди смотрят сериалы, покупают новые гаджеты, работают, влюбляются. На улицу нельзя выйти без респиратора, в обществе популярны идеи взаимозначимости и разумного эгоизма. Бывшие герои, спасавшие планету после экологического кризиса, доживают последние дни на свалке. Менеджер по продажам Кирилл допускает ошибку и пополняет ряды неудачников.
Глава 1. Обычный день неудачника
Кирилл считал себя неудачником. В неосознанном выборе такого жизненного кредо он винил родителей: сверхактивную маму, служащую столичной администрации, и разведённого отца, который предпочёл семейным ценностям службу Родине.
По утрам Кирилл с закрытыми глазами проводил инвентаризацию внутреннего мира: хроническая усталость на месте, эмоциональное выгорание присутствует, лёгкий невроз никуда не делся, прокрастинация и перфекционизм ювелирно уравновешивают друг друга.
Недосып, уныние и общее нежелание жить.
Джентльменский набор неудачника.
Осталось добавить кружку ячменного кофе, макияж и дежурную улыбку.
– Доброе утро, Кирилл. Ты просрочил платёж по кредиту, – приятным голосом произнёс кухонный мультикомбайн. Проиграл весёлую мелодию и механически забубнил, – Кофеварка заблокирована. Тостер заблокирован. Микроволновая печь заблокирована. Гриль заблокирован. Конвекция заблокирована…
– Заткнись, – буркнул Кирилл, который не поленился прочитать инструкцию и настроить индивидуальные команды. – Какие функции доступны?
Кухбайн погудел чем-то внутри и любезно сообщил:
– Функция подогрева воды доступна. Подогрев воды будет отключён через три дня, если не будет внесён очередной платёж по кредиту. Компания "БиоТехДом" благодарит тебя…
– Заткнись. Грей воду.
Аппарат послушно забулькал. Кирилл достал свой завтрак: порошковую кашу, порошковый кофе, соевое молоко и сахарозаменитель. Горько поразился, как у таких замечательных родителей в такой замечательной стране родился такой неудачник. Налил кипяток в тарелку и кружку, засыпал порошки куда положено и приступил к завтраку.
Не ной и не мечтай, Кир. Жуй целлюлозную псевдоовсянку, запивай химическим кофе и дуй на работу. Кредиты платить надо.
Перед выходом Кир привычно проверил фильтры в респираторе и прихватил с собой парочку свежих кассет. Ранняя весна в столице нашей необъятной – не то время, когда хочется дышать полной грудью.
Утренний час пик в метро привычно лишил людей индивидуальности, уподобив потоку данных. Передача тел из пункта А в пункт Б – единственная цель. О комфорте подумаешь вечером, когда вернёшься домой.
Зацепившись за поручень, Кир привычно перевёл вирт-экран в рабочий режим. Снаружи зеркальные очки так и остались модным аксессуаром на пол-лица. Остальную половину личности скрывал респиратор. Перед глазами понеслись кадры модного сериала. Звук поступал через височные кости прямо в мозг: наушники были встроены в дужки вирта.
Кир держался за поручень, покачивался в такт движению поезда и музыки из наушников, пытаясь следить за сюжетом и не заснуть. Как-то странно толпа движется, неужели нет возможности не хватать хронически уставшего человека за зад?
Да это не пассажиры! Не все, по крайней мере.
Когда чужая пятерня полезла под юбку, Кир перевёл вирт в прозрачный режим и развернулся со всей яростью и надеждой смущённого мужчины.
Нет, это не милая девушка с невинными сексуальными отклонениями прельстилась Кирилловым накаченным тылом в строгой офисной юбке. Сзади торчал пожилой прыщ в мятом костюме. Дешёвый респиратор не скрывал по-дурацки открытого рта.
– Этиков позвать? – ледяным тоном поинтересовался Кир. – Они тебе мигом сто тридцать третью нарисуют, загремишь на год.
– Извращенец, – тихо вякнул прыщ и спиной вперёд полез через толпу, позорно посверкивая лысиной. С этической полицией связываться не хотелось. Часто дело выигрывал тот, кто орал громче.
Кир стал платком вытирать юбку, пытаясь избавиться от памяти о противных поглаживаниях.
Спасибо прыщу за пробуждение, спать больше не хотелось. Остаток пути Кирилл провёл в нервном напряжении, вжимаясь задом в стенку рядом с дверьми вагона.
Владельцу ООО "Меркурий" до бога торговли было далеко. Фирма закупала всё, что дёшево стоило, и пыталась продать этот хлам подороже. Кирилл числился в штате специалистом: выполнял обязанности менеджера, сотрудника колл-центра, немного юриста и грузчика.
И всё это за одну зарплату.
Несправедливо. Порой Кирилл подумывал стать коммунистом, как Оксанка из рекламы. Бодрая дама семидесяти лет бережно хранила партбилет расформированной в начале века компартии. Становиться демократом последняя строительница светлого будущего отказывалась категорически.
Этический кодекс разрешал коммунистам ругать капитализм и свободный рынок без использования нецензурной лексики. Каждый гражданин имел право свободно выражать свои политические взгляды.
Особенно яростно стать коммунистом хотелось в последние две недели, за которые Кирилл безуспешно пытался пристроить партию многоразового экопипифакса из бамбукового волокна. Упрямые соотечественники предпочитали пользоваться биде и тратить дефицитную воду, но не возиться с очисткой использованного материала.
Америка и Европа, целиком перешедшие на многоразовый пипифакс, россиянам указом не были.
